и сможешь сказать, что попробовал.
1980 - интервью Иена на радио ВВС
Мы играли в Европе: в Голландии, в Германии,
теперь едем в Америку. Мы едем 2-3 недели,
но я терпеть не моry то, что заставляют
делать звукозаписывающие компании -
играть по всем большим площадкам. У меня
было так в турне с Вuzzсосks.
Это убивает душу.
За год до того
Сыграли концерт в Норе аnd Аnсhоr в Лондоне.
февраль 2007
Паб Норе аnd Аnсhоr, Лондон.
Я помню, что Иен был сам на себя не похож.
Как будтно впал в детство.
Наверное, потому, что было очень рано.
Мы приехали, сыграли концерт.
Зрителей было человека три.
Было часа два ночи, мы возвращались по М1 ,
на мне был спальник. Иен все стонал и
стонал про концерт, про звук и все такое.
Он сказал: "Эй, отдай мне спальник",
совсем не в его духе, он не был эгоистом.
Он обернулся и вырвал у меня спальник.
Я сказал: "Хорош прикалываться, отдай"
и дернул на себя, а он опять выхватил его.
Я снова вырвал, он выкрутил у меня из рук,
надел на голову, свернулся калачиком
и начал очень странно рычать, как собака.
Через секунду из спальника вылетает рука
и бьет Стива, а потом лобовое стекло.
У дар, еще удар, еще и еще, пока все это
не доходит до полноценного припадка.
Мы остановили машину. Вытащили его,
прижали к земле и держали
до тех пор, пока припадок не закончился.
Ему поставили диагноз - эпилепсия,
и припадки стали случаться все чаще и чаще.
Больным эпилепсией трудно живется,
ведь со словом "эпилепсия" связано
очень много предрассудков и страхов.
Мы не знали, что делать, мы не привыкли
к таким проблемам. Мы никогда никого
с такими проблемами не знали.
Не знали даже, что ему сказать.
Мы ж мужчины, а мужчины особо не говорят.
Мы точно между собой об этом не говорили.
Все было по-старому: мы много играли
и не давали ему нормально поправиться.
Доктор рекомендовал ему не пить, рано
ложиться и избегать вспышек света.
Но ему было 22 или что-то около того.
Все, ради чего парни вступают в группу
- выпивка, наркотики, женщины,
- было не для Иена.
Да, у него была эпилепсия. Она проявилась
неожиданно. Это был очень тяжелый случай.
Он даже не мог поднять свою дочь, не мог
водить машину, на станциях
- не стоять близко к краю платформы.
Я была свидетельницей нескольких таких
припадков и моry сказать,
что это и правда было очень страшно.
Было ощущение, что он одержим дьяволом.
Я знаю, это звучит глупо, но было ощущение,
что он буквально отрывался от земли, -
как я это помню.
Сегодня у пациента без психических нарушений,
припадки можно сдерживать минимум
в 80% случаев.
Нужно принимать много лекарств, и это
очень сильные лекарства.
Иногда он приходил с улыбкой, совершенно
счастливый. А на другой день -
в слезах и депрессии.
До всех этих лекарств, он таким не был,
он был гораздо более... У него не было
таких перепадов настроения. Еще, конечно,
у него были проблемы с подругой Анник
и с женой,
и ему нужно было на что-то решиться,
ведь у него был ребенок.
Я не знаю, что у него было на уме.
Даже боюсь подумать.
Я думаю, он понимал, что его путь с
группой не долог, и, мне кажется,
сама группа бы изменилась.
Они становились все популярней и были на
грани супер-успеха.
И с творческой, и с психологической точки
зрения для него это было очень сложно.
Он чувствовал, что он нас сдерживает.
Это была одна из причин, почему он
так много работал. Он знал, как нам
все это надо и как нам это все нравилось.
Я думаю, проблема была в том,
что он не хотел никого подводить.
В феврале 1980 о них начали писать так,
как будто это "второе пришествие".
8 февраля 1980 - Лондонский Университет
Каждый раз, когда они выходили на сцену,
от них ждали чего-то невиданного.
Я помню, что стоял среди зрителей в
Университете Лондона и думал:
"О, черт, вот теперь они это сделали,
они выпустили сингл".
Мы написали "Lоvе Will Теаr Us Араrt"
за 3 часа. Мы придумали риф, а Иен сказал,
что у него есть текст. Он спел нам его,
и мы не поняли, что это о Дебби и Анник.
Мы