есть?
- Он может прийти сюда в мое отсутствие.
- Иоганн.
- Если придет, отдай ему это.
- Что ты сделал?
- Ты должна это сделать ради меня!
- Нет!
- Не ушиблась?
- Я сделал тебе больно?
- Посмотри на себя.
- Ты только посмотри на себя.
- Анна.
- Морис!
- Стойте!
Морис!
- Глюкштайн!
- Здесь Морис Глюкштайн?
- Не беспокойтесь, сэр. Ни один не уйдет.
- У меня приказ отвезти его в Управление.
- Как Вы сказали его имя?
- Глюкштайн.
- Глюкштайн.
- Есть у нас Глюкштайн?
- Глюкштайн!
- Я - Глюкштайн.
- Это он?
- Да.
- Ладно, увозите.
- Анна!
- Он был здесь?
- Кто?
- Морис.
- Нет.
- Нет, ложись спать.
Апрель 1942 г.
- Здесь говорится о Вашей дружбе с неким Глюкштайном.
- Морис Израэль Глюкштайн.
- Это были, в основном, профессиональные взаимоотношения.
- Он был моим врачом.
- Здесь сказано, что он психоаналитик.
- Да.
- По нашим сведениям, вы продолжали общаться с ним
и после того, как ему запретили практиковать.
- В самом деле?
- В 1938 году.
- Он действительно обращался ко мне.
- Припоминаю.
- Просил помочь ему уехать из страны.
- Я, разумеется, сказал, чтобы он обратился в соответствующее ведомство.
- Вы писали о еврейском вопросе.
- Я занимаюсь литературой.
- Я хочу сказать, с расовой точки зрения.
- У нас есть сведения о Ваших лекциях.
- Наши лидеры ценят Вашу работу в Университете,
- но в дни войны, как Вы понимаете, все мы должны работать в полную силу.
- Разумеется.
- Итак, сейчас мы заняты реализацией крупной программы переселения на востоке.
- Переселения?
Переселения евреев?
- Да, и евреев тоже.
- Сейчас их переправляют. Нам нужно обеспечить полноценную работу пунктов приема.
- Нам нужны достоверные отчеты.
- Когда я должен начать?
- Немедленно.
- Еще что-нибудь?
- Это переселение...
- Ясно, что это - колоссальное предприятие.
- Мне просто интересно.
- Неужели у вас хранятся все записи?
- Я очень этим горжусь. По моему указанию была разработана специальная картотека и система сортировки.
- Все самое современное.
- Все здесь.
- Вот и святилище.
- Да, впечатляет.
- И можно найти любого человека?
- Может быть, проведем эксперимент?
- Да ради Бога.
- Скажем, этот врач, о котором Вы говорили.
- Глюкштайн.
- Мы можем поднять сведения о том, что с ним стало, к примеру?
- Нам нужно навести справки.
- Да, конечно.
- Глюкштайн.
- Имя - Морис Израэль.
- Год рождения?
- 1899-й.
- Или около того.
- Я бы остался с Вами до конца нашего эксперимента,
но Вы себе не представляете, сколько бумаг проходит через мой стол.
- Удачи.
- Спасибо большое.
- Глюкштайн М.И.
- Отправлен в Силезию.
- Там не указано, где его взяли?
- Спасибо.
- Ты даже не попрощаешься?
- Я знаю, что ты сделала.
- Ты о чем?
- В ту ночь он приходил к нам домой.
- Кто?
- Ты сдала его.
- Как ты можешь так думать?
- Надо отдать должное Гестапо, они очень тщательно все документируют.
- Поехали.
- Ну, Иоганн!
- Иоганн, пожалуйста!
Прошу тебя!
- Хайль Гитлер!
- Хайль Гитлер!
- Гауптштурмфюрер Хальдер?
- Я предпочитаю "профессор Хальдер".
- Сюда, пожалуйста, профессор.
- Благодарю Вас.
- Я думаю, Вы убедитесь, что у нас все в порядке.
- Оберштурмбанфюрер Айхманн будет рад узнать об этом.
- Вообще-то он хотел, чтобы я провел небольшой эксперимент.
- Чтобы...убедиться, что его учетная контора работает, как надо.
- Он хотел узнать, возможно ли найти определенного человека.
Интересный опыт, не правда ли?
- Мы взяли первое попавшееся имя: Глюкштайн.
- Морис Глюкштайн.
- По нашим данным, он должен быть где-то здесь.
- Мне жаль разочаровывать Вас, профессор.
- Но у нас здесь в любое время содержится до 30 тысяч позиций.
И оборот значительный.
- Кроме того, по прибытии, каждой позиции присваивается номер,
который становится единственным средством идентификации.
- Значит, нам только нужно найти номер Глюкштайна.
- Да. Теоретически.
- Но, что?
- Скажем так, профессор.
- Конечно, там в Управлении, все выглядит очень красиво.
- Но здесь...
- Так Вы можете