Разве мы не за этим сюда пришли?
- Нет. Просто это - самый безлюдный парк, который я знаю.
- Я пойду. Не хочу смотреть не эти проклятые сборища.
- Пойдем, посмотрим.
- Нет. Я...я просто не выношу все это.
- Лучше смыться, пока еще не так много народу.
- Перестань, пойдем!
- Что если нас кто-то увидит?
- Скажем, что столкнулись в толпе.
- А зачем нам вообще здесь быть?
- Чтобы посмотреть, из-за чего такая суета, конечно.
- Все ходят такие счастливые.
- Не могут же люди счастливыми из-за чего-то плохого.
- Что-то в этом есть неприятное.
- Все эти идеи.
- Или их отсутствие.
- Да ты почувствуй энергию!
Все, что нужно - это несколько человек, которые помогут направить все это в нужное русло.
-  Ты серьезно?
- Да. То есть, когда сжигают книги - это ужасно,
но ты же сам говорил,
что выбросить все это будет освобождением. Можно начать все с начала.
- Пойдем!
- Но есть существенная разница между словом и делом.
- Вот именно. Такие люди, как ты, не должны затворяться в своих кабинетах, читая книги.
- Они должны выйти и помогать сделать нашу страну лучше ради наших детей.
- Ну, пойдем, прошу тебя.
- Ну, ладно, только не надолго.
- Я действительно серьезно думал о вступлении в Партию,
но я не представляю, как это я буду маршировать и размахивать знаменами.
- Я имел в виду, что...
- Возможно, Вы правы.
- Такому талантливому человеку не годится быть рядовым членом Партии...
- Штурмбанфюрер Дробих?
- Это - Булер.
- Я хочу Вас кое с кем познакомить.
- Нам не каждый день звонят из Рейхсканцелярии.
- Понимаете, я там не работаю.
- На самом деле, я просто ученый.
- Просто ученый? Не смешите меня.
Вы же служили в 24-м Бранденбургском.
- Боюсь, я почти не воевал.
- Меня призвали только в 1918-м.
- А, как раз на последний рывок.
- Великое время было.
- Надеюсь, Вы голодны.
- Нет. Да.
- Как Вы знаете, у Кайзера был свой элитный полк - Имперская Гвардия.
- А у нас теперь есть СС.
- Телохранители Фюрера?
- Гораздо больше, чем телохранители.
- Вам не придется бегать с пистолетом.
- Нет.
- Мы хотим привлечь лучших людей,
специалистов в своей области.
Таких как Вы.
- Я бы не назвал себя специалистом.
- Вот это мне в Вас и нравится, Хальдер.
- Никакой показухи или хвастовства. Просто спокойная решимость.
- Как раз то, что мы ищем.
- Мне льстит, что Вы обо мне такого высокого мнения.
Я только беспокоюсь, что...при моей работе в Университете, я, возможно, не смогу делать слишком много.
- Мы вовсе не хотим отвлекать Вас от Вашей полезной работы.
- Вы формируете мировоззрение молодого поколения.
- Нет. У Вас будет почетное звание.
- Лучшие умы нашей страны должны быть духовно с нами.
- Привет.
- Случилось кое-что необычное.
- И все из-за этой книги. Кто бы мог подумать!
- Кажется, она ему очень понравилась.
- По какой-то непонятной причине.
- Хелен.
- Я с тобой разговариваю.
- Извини. Что ты сказал?
- Иоганн!
- Это ты, Иоганн?
- Да.
- Иди ко мне.
- Морис!
- Ты здесь!
- Я уже начал думать, что она меня разыграла.
- Кто?
- Хелен. Это она послала меня сюда.
- Что это все значит?
- Мне нужно было место, где можно спокойно работать.
- Кто это?
- Прости, я немного занят.
- А, ну ладно.
- Пойдем, пропустим по стаканчику.
- У меня несколько пациентов отменили прием.
Пошли.
- Я правда не могу.
- По стаканчику. На один всегда есть время.
- Морис, я не могу.
- Что, не пойдешь?
- Нет.
- Ладно, зайду к тебе.
- Нет!
- То есть...Я работаю.
- Господи!
- У тебя все нормально?
- Да, а что такое?
- Ну, ты здесь, а Хелен, скажем так, рассеяна сильнее обычного.
- Мой кабинет свободен.
- У меня нет денег на психоаналитика, ты знаешь.
- А на холостяцкую квартирку есть?
- Это зависит от того, смогу ли я дописать этот отчет.
- Понятно.
- Видно, я тебе здесь не нужен.
- Морис!
- Мы увидимся, когда все немного успокоится.
- Обещаю.
- Мне не нужны одолжения.
- Я хочу познакомить Вас с Анной.
- Очень приятно, мадам!
- О, нет! Мы не.. Анна и я..
- Какое