вас будет немного времени.
А потом мы пойдем
поклониться Гробу Господню.
А вечером...
А вечером же в храме
состоится полуночное бдение.
Извините.
Знакомый, что ли?
Кто?
Никто.
Ты смотри у меня!
Вам-то какое дело?
Ты позыркай, позыркай, блудница!
Прости, Господи.
В какие места приехали.
Христос здесь мучения принял.
Господи...
Срам-то прикрой!
Сестра...
Что угодно, батюшка?
Прикройся.
Извините.
Господи, прости.
Я люблю тебя больше жизни.
Возвращайся в отель. Сергей.
Вот.
Я зря не скажу.
Конечно, я никогда
не уехал бы из России.
Но их оказалось пятеро.
Сережа!
Моя мадам,
ее дочь взрослая, муж дочери,
их дети, внуки.
Ну, и естественно, это перевесило.
Я знал, что мне нужна будет
обязательно какая-то подпитка.
И она должна оказаться... в России.
Думаю, что весной наверняка.
Просто...
Непременно.
А там посмотрим.
Знаете, у Сартра есть
забавная пьеса
"Затворники Альтоны".
А что такое Альтона?
Это в Германии,
портовый пригород Гамбурга.
Один джентльмен сказал,
что за меня в Гамбурге
на Риппербане дали бы
200 марок максимум.
Вы, наверное, знаете,
что такое Риппербан?
Джентльмен этот - Отто?
Что-то вроде Сен-Дени в Париже.
Улица древнейшего
женского ремесла.
Все-таки ваш джентльмен ошибся.
Такие, как вы,
на Риппербан не попадают.
Я спросил, это Отто?
Ну?
Спасибо.
Отто, не Отто...
Теперь я понял.
Тебя мама с Отто командировали,
чтобы ты меня к жизни вернула.
А я, дурак, думал...
- Так?
- Нет, любимый, я сама.
Сама.
Извините, а на какие
шиши ты сюда приехала?
А деньги я на нашей Риппербан
заработала, у "Националя".
Ты "Интердевочку" смотрел?
А, в монастыре
такие фильмы не показывают.
А я вас, кстати,
по "Трем толстякам" узнала.
Да... еще помнят.
Фавён.
Кто?
Фавён - это что-то
производное от фавна, да?
Нет, от козла.
До свидания.
Фавён...
Забавно.
Что же вы ждете?
Догоняйте.
Простите.
И не ссорьтесь!
Это Масличная гора.
А вон, видишь, Гефсиманский сад.
Фантастика.
А вон купола.
Это храм Марии Магдалины.
А это...
храм Гроба Господня.
В белом плаще с кровавым подбоем,
шаркающей кавалерийской походкой,
ранним утром 14 числа
весеннего месяца нисана...
Ого, ты даешь!
А ты думал.
А я раньше никогда не была на море.
А меня старики
в Гурзуф летом возили.
Ну хочешь, поедем в Гамбург.
С чего ты решил,
что я хочу в Гамбург?
И потом, если бы они
послали меня действительно,
то разве бы я сказала тебе
первым делом, когда увидела,
чтобы ты никогда не возвращался?
Черт с ним, убьют, так убьют.
Ты хочешь оставить меня вдовой?
- Собираешься замуж?
- А возьмешь?
Сереженька...
Пошла!..
Пошла...
Давай, на колени.
Давай, давай, давай.
Что?
А что, перед шофером
можешь, а передо мной нет?
Давай!
Прости меня.
Прости меня.
Я не знаю, что со мной.
Я люблю тебя.
Прости.
Сколько это?
- Русская?
- Да.
Отойдем?
Ну что, работа нужна?
Может, вернемся в Россию?
Ненавидишь меня?
Сереженька, а где ряса?
В шкафу.
Зачем?
Платье себе сошью.
Ну нет у меня денег!
Я нищий!
Всё, всё, всё...
Ничего!
Даже вида на жительство нет!
Ну что ты?
У нас всё наладится,
я ведь люблю тебя.
Ты меня обманываешь.
Никакая ты не ночная сиделка.
Ты ходишь на Риппербан.
Ну откуда ты это взял?
Ну что ты себе напридумывал?
Если ты меня обманешь,
я тебя убью.
Козел!
Я хочу тебе
кое-что сказать.
Перед смертью.
Перед чьей смертью?
Я же тебя предупреждал.
А, вот ты про что.
Ну, хочешь, я тебе помогу.
Ты хотел рассказать мне о том,
как я тебя соблазнила, развратила,
о том, как я
поссорила тебя с Богом,
про то, как я втоптала
в грязь твою чистую любовь,
про сосуд мерзости,
в который я превратила свое тело.
Всё-таки, ты фавён, Сереженька.
Я и не думала,
что ты сможешь
выстрелить в человека.
Я...
Что, что покойник?
Живых страшно.
В белом плаще
с кровавым подбоем,
шаркающей кавалерийской походкой,
четырнадцатого числа
весеннего месяца нисана...
вышел прокуратор Иудеи...
Извини, раньше не мог.
На помин.
Благодарствую.
Во