чайку!
Пожалуйста!
Сейчас! Эй, рабы!
Дай, дай!
Питайтесь! На кухню,
за кипятком! Живо!
Ты что?
Я этому Слоенову,
морду расковыряю!
- Ковыряй!
- Ему наковыряешь!
Он, гад, за обедом по три пайки жрет!
А я еле костыли передвигаю.
На! Поклюй крошек!
Шамайте, ребята, для хороших
товарищей мне ничего не жалко.
Если кто обидит... зови его!
- Эх, заварочки бы...
- Да сахаринчику бы бросить.
Чаек пьете!
На здоровье!
Спасибо!
А я вам сахаринчику припас.
Мерси!
Старших подкупаешь,
параша вонючая!
Сучки бы ободрал,
ростовщик поганый!
- Давайте его поджарим!
- Правильно! Отвори духовку!
Прошу!
Ой, не надо, ой, не надо!
Вы у меня все с голодухи подохнете!
Ребята! В столовой новых старост
выбирают! Пошли!
Константин Александрович! Можно
мы немножко еще позанимаемся?
Ладно! Повтори комбинацию!
Отдыхай!
- Давай-ка ключ!
- Я тебе так дам!
- Ты больше не староста!
- А кто?
Савушка... большинством,
согласно конституции.
Кончился твой срок! Другого выбрали.
С Вас, мадам, всего
навсего 250 миллионов.
- Эх, мироед!
- Мерси!
Тетрадь!
Нашел!
Константин Александрович!
Косоров был сегодня в столовой?
Нет!
В тетради отмечено,
что он паек получил.
Я ж Вам докладывал:
на кухне неблагополучно.
- А Пыльников был?
- Нет.
- А Бессовестин?
- В лазарете.
- Старлинский?
- Отпущен к родителям.
Вот Вам... Ваше самоуправление,
Виктор Николаевич.
Не шалите!
Это неслыханно!
Самое низкое, самое
подлое преступление -
обворовывать своих же товарищей,
отбирать у них последний
жалкий кусок хлеба!
Оставлять малышей голодными -
гадко, низко.
Савин отстраняется от
должности старосты по кухне.
Виктор Николаевич! Как же так?
Я... Я ведь совсем не хотел!
Кто получал хлеб
за отсутствующих? Кто?
Я потребую на первом же
педагогическом совете
исключение Савина из школы.
- Куда же я пойду?
- Пока в изолятор!
Константин Александрович!
Займитесь!
Пусти, Косталмед, не пойду
в изолятор, не пойду, халдеи!
Кто должен Слоенову,
поднимите руки!
- Я!
- Я!
Все!
- Пайки у всех при себе?
- У всех.
Ешьте!
- А вдруг он старших покличет?
- Ничего! Пускай кличет.
Догадался и понял я жизни обман,
не ропщу на свою незавидную долю.
Не страдает душа от тоски и от ран,
Не поможет никто
ни страданьям, ни горю.
- Гони должок!
- С Федора Михалыча получи.
С какого Федора Михалыча?
С Достоевского.
Нынче вышел манифест
- кто кому должен - тому крест!
А, значит вы бесчестны к долгам?
Ладно, погодите!
- Вот будет сейчас...
- Что будет? Будет, так будет!
Вот он!
Я ему говорю - гони должок.
А он меня к самому
Достоевскому посылает!
А что мы тебе, держиморды
околоточные?
Что мы тебе - Ланскнехты наемные.
А?
Хватит! Сунешься еще раз - зубы
пересчитаю! Змеюка гнусявая!
Цыганок! Цыганок, подожди.
Подожди, Цыганочек!
Янкелек!
Захомутали, булка!
Это нечестно! Я же вас не бил!
- Ой, больно! Больно!
- Бей гада!
Рабство отменяется!
Виктор Николаевич!
Выпустите Савушку!
Это исключено.
Виктор Николаевич,
выйдите на минутку!
Виктор Николаевич,
у нас же самоуправление!
- Вы действительно доверяете нам?
- Я вам верю.
Савин не виноват.
Это Вы, Пташля?
Не-а! Он бы не попал!
Это я! Лично! Ха-ха-ха!
- А где тебя взяли?
- В Крыму.
- На курорте был?
- Ага.
У нас все ребята с увлечениями.
А ты что?
- Рисунок Черных.
- Да, Черных. Ты что, художник?
- Неа.
- Ах, да! Ты же музыкант!
Не-а!
- Так, а балалайка?
- Красивая она.
- Красоту ценишь?
- Не-а!
А это Достоевский?
Это Достоевский.
Ты что... читал Достоевского?
Читал: "Преступление и наказание".
Ну а вообще книжки читать? Не-а?
- Не-а...
- Ага.
- Ну, а мечта у тебя есть?
- Мечта?
Мечта.
Нажраться от пуза.
Мама, заварите нам
свежего морковного.
Нажраться... это понятно.
Ну, а еще чего-нибудь хочется?
Скатерку спереть у вас и
сконстролить из нее рубаху красную.
- Шик?
- Шик! Так, все?
Сбежать отседа!
Во какой у меня мечта!
Свеженький, горячий!
Пей, детка, пей!
Мама, спасибо.
Ну, может, дней пять поживу.
- Ты