и повеселиться вместе.
Поздно, Джен.
Не будите спящего
полицейского.
Шеф вас начальник ждет.
Сказал, срочно.
Я в курсе.
Шампанского, господин комиссар?
Коринна, когда меня
вызывает начельник,
не отправляйте с этой вестью
бригадира Данэ.
Мне кажется, что со мной говорит
тухлая колбаса. Это вызывающе.
Когда прихожу я, вас нет.
Это очень мило с вашей стороны.
- Входите, Грендель.
- Господин директор!
Ну что, Грендель.
У наркоторговли, проституции и
игорного бизнеса,
за ночь сменились хозяева.
И жестоким образом, так ведь?
Три типа, не заслуживающих
разговоров, господин директор.
А наша принципиальная позиция?
Принципиальная?
Понять радость царящую тут,
я могу, но не разделяю ее.
Лично я тут вижу только
восемь убийств.
А бандитов предпочитаю
видеть на скамье подсудимых.
- Третий, ответьте Четвертому.
- Все веселитесь?
- Я обижусь, если мне
шампанского не останется.
- Вот мерзавец.
Господин директор, меня
вызывали сюда из-за этого дела?
Да. Расследовать будете вы.
Дело первоочередное, все
службы обязаны помогать вам.
Даю вам двоих помощников.
Во-первых, Пере. Не возражаете?
Никоим образом, с какой стати?
И еще, комиссар, у меня очень
хороший мальчик - Робер Лутц.
- Я против.
- Причины? Служебного характера?
Он разводит ультраправую
пропаганду. Зачем мне фанатик?
Я легко заставлю его умолкнуть.
В остальном он хороший сотрудник.
- С любой работой справляется.
- Работящий осел - все равно осел.
Скатти им очень доволен.
В общем, я уже обещал.
Подарок ему к выходу на пенсию.
Прошу вас о личном одолжении.
Ладно. И где они?
Коринна!
Увидите, отличная
команда получится.
Поспешим, господа!
Лутц, вы координируете работу
на месте с остальными службами.
Пере, пойдете со мной.
Вопросы, возражения есть?
- Но...
- До свидания. Пошли, Пере.
- Кофе?
- Не откажусь.
Покрепче?
Одну минуту.
Нет, спасибо.
- Сахару?
- Спасибо, нет.
- Я тоже без сахара.
- Спартанская диета.
- Скорее Византия.
- Византия, вот как...
Я рад познакомиться с вами.
- Вас просят в кабинет. Срочно.
- Да, сейчас.
Ладно. Ступайте.
Он меня достанет сегодня.
Ну, пошли.
Тут один тип утверждает, что
видел убийство Зелеба.
Дивизионный комиссар
Грендель, слушаю. Кто это?
- Зови меня Ритон.
- Что вы видели, Ритон?
Все от начала до конца.
Как на сцене.
Я у Буржей был на вечеринке.
Вышел на балкон подышать, вижу,
на террасе напротив живой факел.
А вы большой начальник?
Дивизионный комиссар,
как Сан-Антонио.
Довольно с вас, Ритон?
Да, а то первый тип, с которым я
говорил, был не очень-то вежлив.
- Где вы, Ритон?
- Погодите, это еще не все.
Дело в том, что у меня
есть подружка.
Встречаемся иногда, понимаете.
Так вот...
Ладно, Ритон, где ты?
Сторожу гараж моего приятеля
Туре в Баньоле. Послушайте...
Эй!
Что там происходит?
Кто вы такие?
Все.
Скончался от потери крови.
Полностью обескровлен.
Белый, как мел. Хоть в музей
восковых фигур отправляй.
Эй!
Я все, что знал, сказал уже.
Этим - Мерседесу с Бенцем.
Да. Только я вот Жакоб,
а это Делафон.
Ты за Ритоном пришел?
Он вот говорил всегда:
нет надежды, да нет надежды.
Так Господь его наконец услышал.
АЛлилуйя, спасибо за Ритона.
Господи!
Ты услышал свою овечку, хоть и
заблудшую. Твоя овечка, Господи.
Боюсь, машина перегрелась.
Не пытайся принять его,
он умер, Господи.
- Кончай спектакль, не то устрою.
- Где ты был, в это время?
Шестое чувство, парень.
В кабаке я был по соседству.
- Ты ничего не видел?
- Сиськи там видел у барменши.
Десятку на прилавок,
говоришь ей: сиськи!
И глядишь, только трогать нельзя.
Не грусти, такова жизнь парень.
А я и не грущу.
А с Ритоном - Воля АЛлаха.
С АЛлахом лучше не спорить.
- Я тебе как друг советую.
- Какой я тебе парень?
Ритон еще что-нибудь говорил,
кроме: нет надежды?
Сказал мне так таинственно.
Буду там, где ты и не ждешь.
И ведь прав был, парень.
Меньше всего я Ритона ждал
увидеть на кладбище.
- Это что еще за свалка?
- Ты что смеешься, парень?