упоминать
о Лиззи, ни слова об этом.
И на десерт... мы припасли
миссис Шепард.
Вы просто влюбитесь в нее.
Она станет нашим звездным
свидетелем.
- Вам весело?
- Еще бы.
Можете быть спокойны.
Я доволен ходом нашего дела.
Сначала молнию,
а потом пуговицы?
- Я забыл.
- Тебе нравятся друзья мамы?
- Протестую.
- У тебя 64 канала в телевизоре!
И мама разрешает смотреть все?
Любовники мамы ночуют у вас?
Ты видел голых
людей на экране?
Прошу обратить на это внимание.
Она привязала меня к стулу
и сказала, что укусит меня.
- Она кусала тебя?
- Она сказала, что укусит.
До крови?
- Она всегда меня пугала.
- Она привязала тебя к стулу?
- И кусала тебя?
- Да.
Миссис Гудвин привязала тебя
к стулу и покусала тебя?
- Хватит, вы меня оскорбляете!
- Да?
Да, вы делаете мне больно!
Вопросов нет, ваша честь.
- Знаешь, я хотел бы...
- Что бы ты хотел?
Чтобы Робби Макесси
утонула вместо Лиззи.
- Только не сейчас.
- Что скажешь об адвокате?
Мерзкий тип.
Меня от него тошнит.
Я заберу девочек,
пока есть такая возможность.
Ты меня не слушаешь.
Никогда.
Говард, я слушаю тебя.
Мне просто нечего добавить.
Робби не утонул, а Лиззи утонула.
Если не Реверди, то кто?
Может, мне явиться с повинной?
Я буду жалеть до конца жизни,
но этого все равно будет мало.
Мне жаль Лиззи, Робби, Терезу,
жаль, что тебя тошнит от Реверди.
Мне жаль тебя, Эмму и Клэр.
Мне жаль.
Мне искренне жаль!
Может, Реверди вытащит меня,
и мы начнем начать сначала.
Будь что будет.
Сначала я не верила ему,
потом у него начались кошмары.
Воды?
Нет.
Продолжайте.
Я не знала, что делать.
Я спрашивала,
а он рассказывал одно и тоже.
А я все не верила.
Он стал мочиться в постель.
Я понимала, что случилось
ужасное.
Вы пришли в этот дом,
чтобы заняться сексом?
- Да.
- Вы остались ночевать там?
Нет.
А где был Робби,
когда вы...
с его матерью занимались этим?
Не знаю.
Робби подбежал к моей двери.
Он был напуган.
- Он взял меня за руку.
- И куда он вас отвел?
Он повел меня в свой дом.
Точнее, в подвал.
Мне трудно.
Что вы увидели,
миссис Шепард?
Там было темно,
и громко играла музыка.
И я увидела ее,
миссис Макесси.
Обнаженную,
привязанную к стулу.
И мужчину за ее спиной,
он кусал ей шею.
Я злорадствую над ней.
Наверное, мне воздастся за это.
Но не могу удержаться,
я злорадствую.
В чем дело, Элис?
Сюрприз.
Мы были соседями и друзьями.
- Ваши дети играли вместе?
- Очень часто.
Вы замечали за Элис
пренебрежение детьми
или странные наклонности?
Нет.
Никаких признаков,
вызывающих подозрение?
- Никогда.
- Всегда ли ваша дочь...
- Дочери.
- Простите.
- Они с радостью шли к Гудвинам?
- Да, всегда.
Вы бы оставили свою дочь
в семье Гудвинов теперь?
Я могу сказать только,
что не верю в то, что Элис...
способна на такие поступки.
- Протестую.
- Отвечайте на вопрос.
Оставили бы вы свою дочь
в семье Гудвинов теперь?
Да.
Сексуальные домогательства,
грубое обращение с детьми.
- Признаете ли вы свою вину?
- Нет.
- Каково вам было в тюрьме?
- Протестую.
Подзащитная должна сказать о том,
что она пережила в тюрьме
из-за этого обвинения, ее избили.
И ее госпитализировали.
- Продолжайте.
- Каково вам было в тюрьме?
Мне было страшно.
- Что?
- Я боялась своего окружения.
- Вы не хотите пережить это снова?
- Нет, но...
За все 25 приемов, которые
здесь зафиксированы,
вы хоть раз прикасались
к Робби неподобающим образом?
Простите, я прослушала.
Вы прикасались к Робби
неподобающим образом?
Да.
Черт возьми, Элис!
Я не могу понять!
Что вы наделали!
- Я сказала правду.
- Но вы утаили ее от меня.
Я не знаю, что делать, Говард.
- Пусть Опра будет судьей.
- О, господи.
Пусть я, Робби, миссис Макесси,
Говард, Тереза и Дэн
предстанем перед Опрой,
а публика вынесет приговор.
Что вы сделали с этим ребенком?
Я один раз дала ему пощечину.
Робби был трудным ребенком,
он часто оскорблял меня.
Однажды я не сдержалась
и дала ему пощечину.
Я знаю, это не оправдание.
Разве