глазом не моргнул.
- А как дело дошло до животного...
- Безобидного.
В этой пустыне безобидны
только мертвые .
Хочешь встретиться с еще одной
группой людей Разы?
- Они направятся на юг, к лагерю.
- Нет, на север, к реке.
А что, если они пойдут за нами?
Тогда что?
Тогда пристрели их.
Ладно. Отпусти их.
Господь всемогущий.
Я и раньше бывал на жаре, но такое...
Я ненавижу пустыню.
Она безжалостна.
Джэйк.
- Он взял с собой соль?
- Сейчас посмотрю, есть ли у него.
Пусть поспит. И ты тоже.
Как они переносят жару?
Справятся.
Ты ночью разведаешь, что там впереди.
Сейчас, за тем гребнем,
двадцать миль соленых равнин.
Затем 10 миль песка,
220 градусов от юга на юго-запад.
Наш следующий привал, проход Койота.
Кладбище безымянных парней.
Там похоронены наши лучшие друзья.
И лучшие враги.
Это была хорошая битва.
Нас было мало, безоружные,
но мы все таки держали этот проход.
Да, но сейчас никому нет дела.
Кто об этом помнит?
А возьми эту шумиху утром.
Год назад, эти люди сражались бы
с федералами, а не с гринго.
- Тогда нам повезло.
- Мы были упорными.
Они заставили нас отойти,
когда мы взяли их след.
- Чего они ждали? Почему загнали в угол?
- Ты тоже сомневаешься в плане? И что?
Амиго, в трех днях пути от прохода
Кайота есть другое кладбище.
Но вместо мертвых героев,
там похоронены золотые слитки.
Два миллиона испанского золота.
Расплавленные в красивые бруски.
Они ждут нас.
Не будем бороться с Разой, получим их.
- Ты поэтому согласился на эту работу.
- А у тебя есть причина получше?
Наше слово. Мы дали слово:
вернуть женщину.
Мое слово, данное Гранту,
не стоит и пяти центов.
Ты дал слово мне.
Выпьешь?
Спасибо.
Да, к этому надо привыкнуть.
Зажариваешься днем. Ночью замерзаешь.
Щелочь разъедает тело.
Кто может тут долго прожить,
чтобы привыкнуть?
Упрямые парни,
закаленные как сталь.
Парни, которые могут все выдержать.
- Как ты и Долворт.
- О, нет.
Такие как Раза.
Интересно, как давно здесь этот крест.
Около часа или вроде того.
Его нарисовал Долворт.
Крест означает, что все чисто.
Перевернутый крест - значит опасность.
- Его мог нарисовать кто угодно.
- Это идея.
Доброе утро, друг.
- Долворт?
- Да.
- Сколько еще?
- Три.
Никаких ружей.
- Мы так близко к Разе?
- Возможно.
По крайней мере я разжился револьвером.
Определенно, нам повезло с этим гринго.
Не удивительно, что моя мать
вышвырнула меня из дому.
- Бутылка.
- Ты даже мертвых напугать можешь.
Не уноси далеко.
Бутылку.
И где твои друзья, амиго?
На, глотни.
Эти ботинки будут моими, если подойдут.
- Эй, разве мы не знакомы?
- Отсюда ты похож на меня.
- Зачем ты пришел в эти места?
- Ты будешь смеяться.
Неправильно это, смеяться над человеком,
который вот-вот умрет.
Я пришел, потому что без ума
от вашей текиллы.
И мне нравятся ваши женщины.
Вот видишь? Ты смеешься.
Какой смешной парень, а?
Я спрошу еще раз.
Где твои друзья?
Я же ответил. Я всегда езжу один.
Кощунственно умирать
с ложью на устах.
Видишь?
Эти лошади и еще шесть
вернулись к нам.
Но где же их всадники?
Не думаю, что ты сам убил
десятерых, дружок.
Стой!
Стой!
Я бы этого не делал.
Мой друг умер бы от
от страшной головной боли. И ты тоже.
И ты тоже.
Может, будет более разумными,
если мы оба сохраним наши головы?
Опусти пистолет.
Если я это сделаю, откуда мне знать,
что ты все еще останешься мне другом?
Может мне надо убить тебя,
чтобы доказать, что ты мне нравишься?
Ваш пистолет, мистер.
Вот почему мне нравится этот дурак,
он смышленый.
Слушай его!
- Слушай, клади пистолет.
Вот почему мне он нравится,
он смышленый.
Молодец, мальчик.
Ну же, дружок.
Бросай его уже.
Надо же, какой он все таки хороший.
Пора отказаться от этой привычки-
терять штаны.
- Это не пристойно.
- А еще продувает насквозь.
- Не волнуйся, в этот раз я это сделаю.
- На этот раз они нам нужны.
Ты как?
И как мы только
победили индейцев?
Спасибо.
Интересная тропа.
Видел бы ты ее вверх ногами.
Если мы будем нестись