Хорошее место для флюорометра.
- Думаю, это отличное место.
Мы создали детектор жизни. Можем
направить его на скалу и сказать:
''Ага, здесь есть признаки жизни''.
Гасим свет.
Сейчас произведу замеры.
Начали.
Так, лазеры включены.
Здесь много сигналов. Счетчик
показывает четырнадцать тысяч.
Очень интересно, доктор.
Но жизнь ли это?
Это определенно
что-то органическое.
Очень важно узнать все, что можно
об экстремальных средах Земли,
прежде чем искать жизнь
за пределами планеты.
Мир-два, как слышно?
Идем на ''Арес''.
Меня зовут Келли Снук.
Работаю в НАСА.
Я - планетарный ученый.
Я изучаю процесс исследования.
Ровер-два и Мир-два...
В своей повседневной работе
я выясняю, как на Земле
научиться исследовать
другую планету.
Здесь я ищу аналогии.
Вы сделали это.
- Ура! Получилось!
- Поймали.
Мяч в корзине.
От центральной линии.
Я думал, это бактерии и попросил
Анатолия взять образец.
Большинство на корабле
посреди океана
изучали гидротермы
или снимали фильм.
Как будто я была на Марсе.
А люди на дне океана -
на поверхности Марса.
Все, что мы делаем в океане,
намного труднее, чем можно ожидать.
И ты начинаешь думать,
что это будет очень сложно.
Не думаю, что работа на поверхности
Марса чем-то отличается.
Надеюсь, у нас тогда будет время
привести в порядок наши записи...
В мою команду входила
астронавт Меган МакАртур
из Космического центра
Джонсона НАСА.
И астробиолог Тори Хойлер
из Исследовательского центра Эймса.
Мы старались понять,
как с помощью технологий можно
усовершенствовать науку ради
будущих открытий на Луне, на Марсе.
Такое сочетание
науки и технологии,
особенно в океане, очень похоже
на исследование космоса.
Глубоководный аппарат напоминает
герметичный вездеход на Марсе.
Так что это наша возможность
научиться работать в космосе.
Роберто, начинай.
Если получится найти.
Нам нужна труба...
Думаю, вопрос в том, как
мы скомпонуем оба ''Мира''...
Я переговорила
с учеными НАСА и
получила запрос в отношении
конкретных камней.
Я их обработаю и приготовлю
к отправке на Землю.
Думаю, здесь полно бактерий.
Похоже, как я и говорил,
белый налет - это окись серы.
Эти модели - ключ к пониманию
методики исследования Луны и Марса.
Нужны ли нам манипуляторы,
как на ''Мире''? Возможно.
И как справляться
с техническими трудностями,
которые непременно возникнут
на далекой планете?
Ты там что-то выключила,
включи обратно.
Ровер-один, Мир-один, сообщаем,
мы потеряли горизонтальную тягу,
рулевое управление и ток.
Похоже, мы закончили.
Все происходящее, дает нам
информацию, необходимую в будущем.
Главный объект моего изучения -
взаимодействие людей и
технологий для выполнения задач.
Есть простые технологии, в космосе,
на дне океана нет ничего простого.
Упадет! Нет! Ой.
- Черпак нельзя сильнее наклонить?
- Он на краю.
Можешь поднять?
Повернуть черпак можешь?
- Поймал?
- Получается. Видишь?
Отлично. Ты его поймал.
Один ушел, один попался.
Чем лучше мы интегрируем
подобные технологии в систему
исследований, тем эффективней
сможем изучать солнечную систему.
Чувствую себя, как на звездолете.
- Кажется, что мы на звездолете.
- Так и есть.
Ты на лучшем в мире звездолете
для исследования этой планеты.
Больше всего нас интересуют
ощущения людей
внутри глубоководных аппаратов.
Это Мардж.
Прическа Мардж Симпсон.
Важно не только оборудование,
но и взаимодействие
людей и роботов.
Ученые и есть интерфейс
между технологией
и объектом изучения.
Так, ребята, когда насмотритесь,
отойдите вправо.
Нам тут почти ничего не видно.
Течение мешает.
Не было бы так интересно,
если бы было все так просто.
- Что это за рыба?
- Большая. Не бойся.
Будет неплохо, если ты возьмешь
образец этих мелких камней.
Технологически очень сложно
поднять со дня океана
камень и поместить в маленький
контейнер для образцов.
Вот что нам важно
узнать: как люди
будут справляться с простыми
задачами в сложных условиях?
Какое течение.
Ну, давай,