нужно?
Одна ночь любви -
это бесценный дар.
Бесценный.
И я все их помню.
Мне 90 лет.
У меня пятеро сыновей.
Вы знаете Сальвадора
и Басилио.
Сальвадор самый младший.
А всего пятеро.
Теперь я тружусь над шестым.
Хочу шестого заиметь.
Еще одного.
До новых встреч.
Как-то раз...
Приходит ко мне
один человек.
Хуан де Маркос.
А я как раз ботинки
чистил.
Он мне говорит:
"Чего это ты делаешь?"
"Ботинки чищу".
"Бросай, ты мне нужен".
"Зачем?"
"Пойдешь со мной".
"Да не хочу я больше
петь".
" А мне твой голос нужен".
"Когда, - спрашиваю, - завтра?"
"Нет, сейчас".
"Дай мне хоть душ принять,
я мигом".
"Никакого душа!"
Я едва успел умыться
и зубы почистить.
Вот так приехал в "Эгрем".
И здесь, в студии,
встретил Элиадеса Очоа.
Он меня сразу узнал.
Еще там был
Компай Сегундо.
И Рубен сидел за роялем.
Элиадес, едва меня
увидел,
стразу начал играть.
Эта мелодия, благодаря
мне, стала популярной на Кубе.
Называется "Свеча".
Написал ее Фаустино Орамас.
"Гуайяберо".
И я начал петь:
Однажды мышь
Приехала на бал.
Под звон цимбал
Весь род мышиный танцевал.
И кот пришел,
С иголочки одет...
В общем, я начал петь
эту песню.
А в кабинке сидел Рай
и подслушивал.
Выслушал он меня
и решил записать
эту песню.
Да ради Бога!
Записывай!
Я снова запел.
Любезный Фаустино и друзья,
Тушите пламя,
В нем сгораю я!
Звони Марго,
Скорее в семь нулей,
Молю, пожар души моей
Залей!
Меня зовут
Орландо Лопес Качаито.
Если хотите, я вам
расскажу,
как стал заниматься
музыкой.
Начал я в 9 лет.
В 11 уже играл в оркестре
моей тетки Коралии Лопес,
тоже контрабасистки.
С легкой руки моего
прадеда
мы все играем
на контрабасе.
Я начал было учиться
на скрипке.
Но дед сказал:
"Бери контрабас".
Мне было страшновато.
Все же к этому инструменту
не так легко привыкнуть.
Перед тем, как начать
играть, я ухожу в себя.
И это доставляет мне
удовольствие.
Я переиграл много
классики во всех жанрах.
И чувствую...
даже не знаю...
Для меня это
своеобразная игра.
Я играл во многих
оркестрах.
И в одном из них
я встретил Рубена.
Я до этого со всеми
пианистами играл,
кроме Рубена.
Он решил, что вместе
у нас неплохо получится.
А у меня просто хороший
слух - больше ничего.
Еще даже не разобрал вещь,
а уже играю наизусть.
Стоит взять ноту -
она уже у меня в памяти.
Меня зовут
Амадито Вальдес.
У дарник.
Я ношу имя отца, который
приобщил меня к музыке.
Направил на стезю
ударных инструментов.
Диапазон у литавр
очень ограниченный.
И тот, кто берет их в руки,
должен давать волю
своей фантазии,
иначе ничего из этого
инструмента не выжмешь
в силу простоты его
конфигурации.
Это очень послушный
инструмент.
Можно придать звучанию
неповторимую окраску,
особенно в танцевальной
музыке.
Меня зовут Мануэль
Мирабаль Васкес,
но в музыкальном мире
меня знают как Гуахиро.
Я начал играть в 18 лет,
и вот уже 47 лет играю на трубе.
Играть с такими музыкантами -
большое счастье.
Не будь клуба "Буэна Виста",
их бы все уже забыли.
Никто бы и не вспомнил
имен Ибрагима Феррера,
Рубена, Компая Сегундо.
А так мы можем слушать
Компая,
которому уже стукнуло 90.
И до сих пор он мастерски
играет на гитаре.
Или Рубена, который
импровизирует на рояле.
Они - основные составляющие
успеха этого ансамбля.
Меня зовут Барбаро
Альберто Торрес Дельгадо.
Музыканты зовут меня
Барбарито Торрес.
С 10-ти лет я играю
в кубинском оркестре.
Мой инструмент - лауд.
Он арабского происхождения.
Мавры завезли лауд
в Испанию.
первой его модификацией
стал удлиненный гриф,
гораздо длиннее, чем у этого.
Трубадуры доставили
этот инструмент на Кубу,
где он пережил еще одну
метаморфозу.
Так появился кубинский
лауд.
Вот на нем я и играю.
Вспыхнул вдруг пожар
В комнате у Тулы.
А она не слышит -
Мертвым сном заснула.
Вызвали пожарных
С ведрами, ломами,
Чтоб в доме Тулы
Загасили пламя.
Кликните Компая,
Пусть заглянет в душу,
И своею песней
Весь огонь потушит.
Барбарито на воле!