алкоголем, наркотиками,
трудности сексуального характера,
о которых он не догадывался.
А также неизрасходованный потенциал
ярости. Он был полицейским.
Обнаженная женщина
упала на колени возле кровати.
Стрелок взял ее белые волосы
и сильно сжал их.
Она застонала. Ее дыхание
на секунду остановилось,
когда он потянул за волосы,
как наездник натягивает поводья.
Вены на его руках вздулись,
когда он небрежно прижал ее.
Помните этого
полицейского, Уошборна?
Для него то, что я не расстроена
смертью Кевина Фрэнкса, -
доказательство того,
что я убийца.
А когда я не поддалась на его
уловки, он сделал мне предложение.
- Предложение?
-Да.
Если я пересплю с ним,
все проблемы решатся.
Полицейские и убийцы
обычно умнее.
У меня был один знакомый
в Сан-Франциско.
Ник Карен.
Я звала его Стрелок.
Нам нравилось сидеть в его машине,
кататься по улицам,
слушать вызовы по его рации,
а затем мчаться на скорости.
Вы бывали на месте преступления
сразу после убийства?
Тело все еще теплое.
Часы все еще тикают.
И повсюду запах крови.
Какое-то время мы там слонялись,
а потом занимались сексом.
Ник говорил: "Смерть всегда
рядом. Только она реальна".
Может быть, еще и секс. Иногда.
Но только иногда?
Я вчера трахалась с одним парнем.
Мы трахались несколько часов.
Что мы только не вытворяли!
С оттяжкой, до изнеможения,
бешеные скачки.
Но знаете, через неделю
я, может быть, его и не вспомню.
Но если бы я была с ним
в момент его смерти,
возможно, я никогда бы
не забыла этого.
Разве нет?
Вы были с кем-то
в момент его смерти?
Нет.
-У нас еще 20 минут.
- Я хочу курить.
До завтра!
- И она просто ушла?
-Да.
- Очень характерно.
-Для нее время - это оружие.
Для нее все - оружие.
А все люди - враги.
Она выдумала
по поводу полицейского? Уошборна?
Не знаю. Трудно верить
тому, что она говорит.
Она пытается тебя соблазнить.
- Они всегда пытаются.
- Но в этот раз по-другому, верно?
Не знаю.
- Может, любопытнее.
- Будь осторожен, Майкл.
Кстати, мне звонил репортер,
Адам Тауэрс.
Чего он хотел?
Я убедила его, что это чепуха
и у него ничего не выйдет.
А вдруг он позвонит Герсту?
Герст не будет разговаривать
с журналистами из желтой прессы.
В любом случае,
это отличная работа.
Слава богу!
Кстати о боге,
Герст сегодня будет?
- Можно только молиться.
- Чтобы он пришел или нет?
Я пойду, покурю. Не обсуждайте
ничего интересного. Я быстро.
Давно вы здесь живете?
Лет шесть, где-то так.
- Нет, уже семь.
- Точно, семь.
Здорово.
- Привет, Доминик.
- Привет, Милена.
Спасибо.
Самое приятное
в антиобщественном поведении
то, что оно позволяет
отдохнуть от людей.
Вы не психиатр.
Я писательница.
И о чем вы пишете?
О человеческих трагедиях,
о сексуальности, жестокости.
Об основных инстинктах.
Они самые сильные, верно?
Черт возьми!
- Милена!
- Майкл!
Простите, я забыла
спросить, как вас зовут?
Кэтрин Трамэлл.
Милена Гардош.
Вы доктор Гардош.
Мне о вас рассказывали
много хорошего.
Кэтрин! Вот ты где!
Милена, доктор Гласс.
Это прекрасная Кэтрин.
Она проводит исследование
для романа о психиатре.
Я подумал, она будет рада
воспользоваться возможностью.
- Что ж, позвольте, я отнесу?
- Спасибо.
Извините, вы не положите
это в мой карман?
Конечно.
Кэтрин, пойдемте.
В чем дело?
-Зачем Герст привел ее сюда?
- Он не знает, кто она такая.
-А где он с ней познакомился?
- Это она с ним познакомилась.
Нельзя находится там,
где твой пациент. Я пойду.
Понимаю.
Возникает вопрос,
кто пациент, а кто доктор.
Вы уходите из-за меня?
Вы знали, что я буду здесь.
А в чем проблема?
Многие психиатры играют
в теннис со своими клиентами.
Не сомневаюсь.
Сексом занимаются,
наркотики продают.
Я не из таких.
Вы знаете, меня расстроило
наше сегодняшнее занятие.
Я подумала, что
должна извиниться.
Поэтому я здесь.
Отложим это на завтра.
Предлагаю на всех наплевать
и поехать куда-нибудь выпить.
Я же сказал, я не общаюсь
со своими пациентами.
Еще одно ваше правило?
Вы от