Зачем?
Кай тоже. Зачем он сел в сани
Снежной Королевы, если ему так уже
было хорошо с бабушкой и Гердой?
По-твоему, Орфей не хотел
спасать Эвридику, а так, притворялся?
А вдруг он заблуждался...
Не думали?
Ура! Чай, конфеты!
Как вы тут?
Хорошо.
Юля, посмотри, какая прелесть!
Настя, давай чашку!
Хочешь мы сделаем тебе такой же?
Рыбаки нашли. Документов нет.
У тебя в розыске не числиться?
Нет, заявлений не было. Утонул?
Ну, асфиксия в наличии.
Он месяца три плавал.
Ну, еще в нем Дормикум,
милиграммов 40.
Дормикум?
Очень сильное снотворное.
Используется в комбинированных
наркозоах в аптеке его не купишь.
То есть, сначала усыпили,
а потом в воду, да?
Вполне возможно. Разбирайся.
В данном случае
надежды на выздоровление нет.
Когда погиб единственный ребенок, у Юлии
Ивановны зяввилася навязчивая идея.
Да, я читал, она пыталась поджечь школу...
Нападала на учителей.
Пациенты в ее состоянии
просто неутомимые.
А как вы сейчас оцениваете
ее состояние?
Наблюдается ремиссия, но
говорить про выздоровление не приходится.
Садитесь.
Хотя... кто в нашем мире здоровый?
А что вы на меня так смотрите?
Вы действительно хотите с ней поговорить?
Да.
Юлия Ивановна!
К вам пришли.
Юлия Ивановна, здравствуйте.
Я новый учитель в классе,
где училась ваша Сонечка.
Юлия Ивановна,
у меня в классе 20 девочек.
И мне очень важно знать...
Послушайте, оставьте ее в покое.
Уводите больных!
Пошли! Пошли!
Зря сказал что учитель.
Здесь вы ничего не узнаете.
Только больных смущаете.
Иди отсюда.
Тихо... Успокойся...
Это же я.
Андрюша, что с тобой?
У меня в классе погибла девочка.
Нет, не сейчас.
Давно, еще до нашего приезду, весной.
Она мне каждую ночь снится.
То ли о помощи просит, или о
опасности предупредить, не знаю.
Андрюша, скажи мне честно,
это из-за меня?
Что?
Из-за нас с Настей?
Из-за того, что мы здесь?
Я же вижу, что тебе плохо.
Давай уедем.
Да ты с ума сошла - уедем!
А что я еще могу сделать?
А ты думаешь, так все
просто - взять и бросить?
Сначала там, потом здесь.
Что за эгоизм, Лера?
Про отъезд ни звука.
Я сам разберусь.
В пятницу Светку допрашивал.
Ну что, проболталась?
Вроде нет.
Ну что, мы что-то будем
делать или нет?
Пока что нет. Сказала ждать.
Наблюдает за ним.
Здравствуйте, Андрей Валентинович!
Кто за мной наблюдает?
Кира, кто?
Тамара Иосифовна?
Андрей Валентинович, что-то случилось?
Да, случилось.
Я хочу знать что здесь происходит!
Вы никогда ни о чем не узнаете.
Андрей Валентинович,
уже пора начинать урок.
Я не хочу учить детей, которые врут,
недоговаривают, и издеваются надо мной.
Я вижу, здесь мои уроки
никому не нужны.
Мне нужны.
Юля, у тебя есть отец, который читает
с тобой замечательные книги.
Учит тебя размышлять, а для остальных пусть
Тамара Иосифовна найдет другого учителя.
Папа умер три года назад.
Он оставил меня, а теперь вы...
Я думала, вы меня поймете.
Кого вы видите в зеркале?
Пока что себя.
А я - взрослую женщину, заключенную
в теле десятилетнего ребенка.
Думаете, вам плохо?
Да мне в тысячу раз хуже!
И если вы убежите -я как Соня,
из окна выпрыгну!
Юля!
Юля...
Что, пожалели, да?
То, что ты мне там сказала.
Я не уверен, что понял.
Странные шутки иногда выбрасывает
с людьми природа.
В два месяца я произнесла первое слово.
В полтора года
папа научил меня читать.
В пять я уже наизусть знала...
И все говорили - какая гениальная девочка!
Только, когда папа умер, я из ребенка
с интеллектом, выше чем у взрослого...
Превратилась в аномалию.
Меня закрыли словно крысу для опытов,
и я решила врать, притворяться,
что я такая как все.
Думаете, мне стало легче?
Теперь я в двойной тюрьме - в этом
теле и в этой школе.
Среди девушек, которые еще
играют в куклы.
Возвращайтесь в класс, пожалуйста.
Я только умоюсь и тоже приду.
Андрей Валентинович, что с вами?
Вы плохо себя чувствуете?
Да. А, нет.
Нет. Я вот что хотел спросить.
Я разговаривал с одной из своих учениц,
Юлей Маевской.
Да, хорошая девочка.