под башлыком погоны
и говорит: уси побиглы.
Взял я этого толстовского хрена
за манишку и говорю:
вот я тебя сейчас пристрелю,
ты узнаешь, как бегать!
Ты у меня сбегаешь в царство небесное!
Понятное дело, святой землепашец,
сеятель и хранитель прозрел в два счета.
Конечно, в ноги и орет: Ваше
высокоблагородие извините старика,
це я сдуру, сослепу.
Что пожелаете - дам. Коней, сани.
Тильки не убивайте.
Как же ты в город попал?
Сменили сегодня,
дружина пехотная пришла.
Скандал я в штабе на железнодорожном
посту устроил. Жутко было.
Они там сидят, коньяк в вагоне пьют.
Говорю, вы здесь сидите,
гетман во дворце, а артиллерийских
офицеров вышибли в сапогах на мороз
с мужичьем перестреливаться.
Не знали, как от меня отделаться.
Мы, говорят, командируем Вас, капитан,
по специальности в любую
артиллерийскую часть, поезжайте в город.
-Алеша, возьми меня к себе.
- С удовольствием.
Я и сам хотел тебя вызвать.
Я тебе первую батарею дам.
- Благодетель!
-Ура! Все вместе будем.
Студзинский старшим офицером.
Завтра или послезавтра можем выступать.
Ждешь не дождешься, чтоб тебя
Петлюра по затылку трахнул?
Это еще кто кого!
Позволь я тебя за хлопоты обниму
и поцелую.
Как ты думаешь, мне водки сейчас выпить
или потом за ужином сразу?
Виктор, ты мужа моего не видел?
Муж пропал.
Что ты, Леночка, найдется.
Он сейчас приедет.
Никол, раскладывай ломбер, сразимся.
Убит. На поезд напали,
конвой перебили.
- Вот и он.
- Боже, что это за звонок.
- Со звонком я у вас что-то сделал.
- Это Вы кнопку вдавили.
Вот я и приехал.
Здравствуйте, глубокоуважаемая
Елена Васильевна.
Я Вас сразу узнал, по карточкам.
Мама просила Вам передать самый
горячий привет,
а равно также и Алексей... Васильевичу.
- Мое почтение.
Здравствуйте, Николай Васильевич,
я так много о Вас слышал.
Вы удивлены, я вижу.
Позвольте Вам вручить письмо,
оно Вам все объяснит.
- Какой неразборчивый почерк.
- Позвольте, я сам прочту.
У мамы такой почерк, что иногда напишет,
а потом сама не понимает, что написала.
Милая Леночка!
Посылаю к вам моего мальчика.
Приютите и согрейте его,
как вы умеете это делать.
С его способностями...
Ах, уж эта мама...
С его способностями невозможно
сидеть в Житомире, терять время.
Позвольте узнать, с кем имею честь
говорить?
- Вы меня не знаете?
- К сожалению, нет.
- Боже мой... И Вы, Елена Васильевна?
- И я тоже.
Это прямо колдовство.
Ведь мама посылала вам телеграмму
в 63 слова.
- Мы никакой телеграммы не получали.
- Не получали... Боже мой...
Простите меня, пожалуйста,
я думал, что меня ждут...
Извините, я, кажется, что-то раздавил.
Я ужасный неудачник.
-Да Вы скажите, как Ваша фамилия?
-Ларион Ларионович Суржанский.
Да это Лариосик, наш кузен
из Житомира!
Ну да. Простите, пожалуйста,
я наследил вам.
Я думал, что вы меня ждете, а раз так -
я поеду в какой-нибудь отель.
Какие теперь отели!
Вы раздевайтесь.
Вас никто не гонит,
снимайте пальто, пожалуйста.
Душевно вам признательный.
Леночка, я пошел к себе.
У меня еще масса дел.
Витенька, позволь представить:
кузен наш из Житомира.
Приятно, весьма.
Мышлаевский Виктор Викторович.
Душевно рад с Вами познакомиться.
Суржанский Ларион Ларионович.
Я человек не военный.
Вы как насчет картишек,
любезнейший Ларион Иванович?
Ларион Ларионович, но был бы рад
и желал бы, если Вы не против,
чтобы просто по имени.
- Отчего ж!
- Вы в винт играете?
- Очень, очень плохо.
Играю, но если не будут сердиться.
- Кто там?
- Я, открой, пожалуйста.
- Где ж ты был? Я волновалась.
- Не целуй, ты можешь простудиться.
- Где ж ты был?
- В германском штабе. Важные дела.
- Иди скорей грейся, будем чай пить.
- Не надо чая, Лена.
Лена, закрой дверь.
Лена, случилась ужасная вещь.
Немцы бросают гетмана
на произвол судьбы.
- Откуда ты узнал?
- Только что, в штабе, под секретом.
Никто не знает, даже сам гетман.
- Что же теперь будет?
Лена, мне нужно сейчас бежать,
никак иначе поступить нельзя.
Я понимаю, конечно, ты