Террористические акты, жестокая
политическая лихорадка всегда были
существенными аспектами социальных
разногласий. Но почему?
Почему здесь, в этой свободной стране?
Что подвигло людей к кровопролитию
во имя собственных верований?
Почему именно сейчас антиправительственные
движения особенно сильны?
Среди нас всё меньше голосующих.
Всё больше людей вступает
в ряды сопротивления.
Долго ещё мы будем называть
их число незначительным?
Чему это должно научить нас?
Лия Фарадей, жена и мать,
защитница страны.
- Пойду на разведку.
- Хорошо.
Она была единственной
женщиной умнее меня,
общество которой мне нравилось.
Уит Карвер, как ты великодушен.
Здравствуйте, мистер Фарадей.
- Как у него дела?
- Всё в порядке.
Продолжаем посещать консультанта.
Он по-прежнему очень замкнут.
- А как дела у твоего отца?
- Нормально.
- Всё ещё встречаешься с этой выпускницей?
- Да, она говорит, что всё в порядке, но...
Он по-прежнему очень замкнут. О, Боже!
Майкл, мой новый напарник -
просто ходячий компьютер,
урод из кибер-пространства.
Столкнувшись с плохим парнем,
он искренне удивляется.
- Нужно записать его на твой курс.
- Да?
- Ты ведь снова его читаешь?
- Да.
Ей бы это понравилось.
Для неё это было важно.
Ну, моё приглашение всё ещё в силе.
Ты мог бы как-нибудь заглянуть к нам.
- Не хочу тягаться с тобой.
- Этого и не будет.
Да, конечно. Я знаю, что будет.
- Как на работе?
- Ну, знаешь, рутина.
Вот чего мне недостаёт,
разговоров о работе.
Чтобы я мог рассказать ей всё,
а она бы не смогла
обмолвиться и словом.
Странно, что мне может
этого не хватать, но это так.
Давай вместе поужинаем. Я умолчу пару
государственных тайн, и тебе станет лучше.
- Люди помнят её, Уит?
- О чём ты?
В бюро. Люди помнят или забывают?
Они помнят, Майкл, помнят.
Она умерла за свою страну.
А не нужно было.
- Майкл, здравствуй. Как жизнь?
- Наш почётный гость. Заходите!
- Я опоздал.
- Нет, нет, нет. Оливер! Майкл пришёл!
- Шэрил, это Брук.
- Привет.
- Брук, Шэрил.
- Очень приятно.
Привет, я - Брук.
А это, должно быть,
Грэнт? Как поживаешь?
Слушай, на кухне полно всякой странной
еды, которую могут есть только дети.
Проходите, проходите.
Я представлю тебя своим друзьям.
Два прожаренных хот-дога, пожалуйста.
Брэди отлично выглядит.
Ты бы тоже так выглядел, если бы
иногда отрывался от занятий.
Ты прав, конечно. Я преподаю
в университете Американскую историю.
Я всегда плавал в истории.
- Да, оставался на второй год?
- И неоднократно.
- Ну, а чем ты занимаешься?
- Я - инженер-строитель.
Работаю на одну компанию.
Знаешь супермаркет Рэстон?
Да.
Мы проектировали пристройку. Если вам нужно
что-то увеличить - обращайтесь.
Он знает. Не знаю, хорошо ли
он понял, что произошло.
- А вы с Майклом познакомились?
- Ну, в колледже была помощницей Майкла.
- Понимаешь, между нами
ничего не было. - Нет?
То есть, я знала его семью, знала Лию.
Понимаешь, всё это для нас в новинку.
Вы - такая милая пара.
Конечно, я восхищаюсь им.
- Он такой хороший человек, хороший отец.
- Я знаю.
Подожди, Брэди!
Я не мог упустить эту работу. Контракты
стекались со всего Сент-Луиса.
- Сколько ты пробыл в Сент-Луисе?
- Года четыре, где-то так.
Я вырос на ферме в канзасском
городке Карсон.
Прежде я никогда не жил на востоке.
Теперь дети впервые увидят океан.
Да, боюсь, что центр города разваливается.
Мне говорили: "Кажется, мы уже
не в Канзасе, а, Тотошка?"
Ханна. Пора спать.
Грэнт! Осторожнее с его рукой!
У меня две руки!
Давно уже он не вёл себя
как обычный ребёнок.
Иногда он, с тех пор, как его мать...
...у него не было друзей.
Ну, Майкл, всем нам нужны друзья.
Без них жизнь совсем другая.
- Пап?
- Да?
Как пишется слово "запрещено"?
Запрещено? Зэ-А-Пэ-Эр-Е...
А на что словарь, Грэнт?
- Чем вы там занимаетесь?
- Строим блиндаж.
- Блиндаж?
- Солдатский блиндаж.
Стой! Ты должен знать
тайное рукопожатие.
Скажем ему?
Хорошо. Главное, я знаю, что вы не будете
там устраивать фейерверки, Брэди.
-