в котором должен показать свою жизнь
в качестве Британского кинорежиссера.
Когда попадаешь в Пайнвуд, кажется,
что вернулся обратно в пятидесятые.
Чай заварен неплохо, пироги и
пирожные не слишком черствые.
А в кафе полно плакатов со знакомыми лицами.
Может, здесь все не так сексуально,
как в Гейнсборо, или эксцентрично,
как в Илинге.
Но Джей Артур Рэнк когда
управлял этими студиями,
снял за 20 лет множество популярных
фильмов для широкой аудитории.
Бродя по Пайнвуду, что Джей Артура
погубила его неспособность смириться
с изменениями в послевоенной
Британии, и в Британском кино.
Комната наверху
Поскольку все трейлеры проходят цензуру,
мы не можем показать вам сцены,
разрешенные только
для взрослой аудитории.
Я ясно помню, очередь в Ноттингеме в
1958 чтобы посмотреть Комнату Наверху,
и внезапно впервые увидеть фильм,
который был узнаваемо о том, что я знал,
о провинциальном человеке,
в настоящем провинциальном мире.
Автобусы заняли место поездов и появилось
новое поколение Британских актеров.
Эта спортивная жизнь
Я видел такую же сцену в "Этой спортивной
жизни", снятой Линдсеем Андерсоном.
Многие актеры, сценаристы и режиссеры
этих новых фильмов собрались вокруг
Тони Ричардсона и студии Вудфол Филмс.
Самодовольство кинематографа среднего
класса, которое казалось Гэвину Ламберту
таким удушающим, начало исчезать.
Вот где началось мое путешествие.
Но чтобы оно обрело смысл, я снова
отправился, - куда же еще - в Америку,
чтобы провести еще одну беседу.
Я говорю с вами двумя потому, что
вы чем-то напоминаете мне - меня.
Вы примерно из одного поколения,
и ваши карьеры довольно похожи.
Мой старый друг Майкл Аптед, которому
давным-давно я очень завидовал,
потому что он проходил
практику в Гранаде, а я - нет.
Он был, однако, первым режиссером
моего поколения, уехавшим в Америку,
и снимавшим американские фильмы.
Телевидение было для меня великой новинкой.
У нас дома появился телевизор, когда
мне было 11, и я смотрел его, то есть...
Но что ты делал до этого?
Ну, я не знаю.
Для меня поход в кино, боюсь, всегда
был связан с преследованием женщин.
Так все и осталось.
Сколько тебе было лет?
И Алан Паркер, чье воспитание и идеи
сильно отличались от моих, когда вырос,
тоже покинул Британию и отправился
снимать кино в Америку,
которой всегда принадлежало его сердце.
Считалось немодным ходить на английские
фильмы, потому что это обычно означало либо...
...чушь про средний класс?
...чушь про средний класс или просто глупость.
А что было с тобой?
Я с вами согласен, но у меня было иначе.
Моим моментом истины был не Тони
Ричардсон, а просмотр Земляничной поляны.
Я мог ходить в Кинотеатр Академии,
он был неподалеку.
Значит, ты открыл для себя Европейское кино.
Да, помню, как сидел году в 56-ом, мне
было 15 лет, смотрел "Земляничную поляну"
и передо мной открывался целый новый мир.
Его лицо пересекает выражение ужаса.
Вовсе нет. Уверен, Аптед действительно
смотрел "Земляничную поляну".
Я не знал, что такое "Земляничная поляна",
я думал, это что-то из Уимблдона.
Ингмар Бергман, я думал, играл в Касабланке.
Я не пытаюсь быть грубым,
просто это прошло мимо меня.
Мне понадобилось время чтобы вообще
узнать о существовании подобных вещей.
Если мы говорим о европейском кино,
или любом континентальном кино,
оно пришло ко мне с образованием,
пришло с просветлением.
И я уже был укушен жуком,
который был гораздо проще,
жуком простого удовольствия от кино.
Лоуренс Аравийский
Нет, Драйден, будет весело.
Всем известно,
что у вас странное чувство юмора.
Ты что-нибудь чувствовал, когда
Лин снимал свои поздние фильмы?
Я их обожал.
Ты сидишь в зале и видишь что-то
такого уровня, что думаешь...
О чем ты говоришь?
Живаго.
Лоуренс Аравийский, особенно.
Я был ошарашен тем, что кто-то может
работать на таком огромном полотне.
А мне эти фильмы никогда не нравились.
У меня все было совершенно иначе.
Я думал, что это продолжение
старых детских фильмов о школе.