правильнее.
Всё практичнее.
Жениться, чтобы иметь детей.
Чтобы получить верблюда. Контракт.
К чёрту любовь.
- Ты сегодня не слишком циничен?
- А ты стал безнадёжным романтиком?
Поговорим лучше о ней.
Она написала предсмертную записку.
"Всем привет, и перидайте Джони,
есьли он ни уйдёт -
я буду продалжать танцавать
сриди жывых целай день".
Девять ошибок в одном предложении.
Если ты решилась на самоубийство,
неужели трудно было написать без ошибок?
Тебе не кажется, что безграмотность
и отчаянье в любви заразны?
Хенрикес.
А где находится любовь?
Вот здесь.
Вот в этой области,
где сливаются вожделение и фантазии.
Здесь желание пересекается
с нарастающей мощной силой.
Пересекается с гармонией,
с потребностью в отдыхе и тишине.
Несочетаемые вещи.
Поэтому в жизни и бывает так дерьмово.
К сожаленью, удалению это не подлежит.
Можно стать инвалидом.
А что будет с
двумя чудесными детишками?
Знаешь что?
Меня сейчас вырвет.
Жизнь должна остановиться что ли,
пока детям не исполнится 18?
И с таким ли отцом
должны расти Клара и Фредерик?
Будете обедать?
Сердце в сливочном соусе.
Я лучше пойду.
Скоро вернусь.
Хотел бы я знать, откуда взялось
это сердце... в соусе?
- У нас всё закончилось.
- Что?
У нас почти всё закончилось.
Ты вот знаешь, когда у нас
кончается туалетная бумага?
Ты можешь проснуться наконец?
Туалетная бумага. Йонас!
Пожалуйста... Не порти это утро.
Хорошо? Постарайся, пожалуйста.
Мы должны...
Метте...
Что ты делал?
- Я не могу это сделать.
- Не можешь что?
- Это.
- О чём ты?
- Хочешь пойдём в другой магазин?
- Прости меня, Метте.
От тебя пахнет спиртным?
Мы многое можем вместе, но этого
недостаточно. Просто недостаточно.
- О чём ты говоришь?
- О том, что я не могу это сделать.
Когда-нибудь мы умрём
и нас больше не будет.
- О чём ты говоришь?
- Я не могу.
- Не можешь что?
- Ничего, Метте. Я не могу ничего.
Ты закончил?
- Нашёл место для выяснения отношений?
- Для этого не бывает подходящего места.
Ты сумасшедший.
Я не хочу жить по расписке.
Дело в ней?
Ты разрушаешь нашу жизнь. Стоишь здесь...
и разрушаешь нашу жизнь.
...со своей железной волей
она в конце концов заявила:
"Я никогда не найду мужа в этой крохотной
провинциальной чёртовой стране".
"Я хочу уехать и найти мужа вдалеке.
Уехать, чтобы увидеть что-нибудь".
Конечно, ты нашла мужа.
Потому что ты так решила.
Но какого мужа?
Не просто мужа, нет.
Нормального мужа...
Это фантастика!
Когда мы увидели Себастьяна впервые,
мы подумали: "И это муж Юлии?"
В том смысле, что он
не альпинист, не наркодилер...
Не дикарь и не сумасшедший...
Нет, он абсолютно нормален.
Спасибо. Спасибо тебе, Себастьян
за твои прекрасные манеры -
милые, естественные, обыкновенные,
нормальные. Спасибо, дорогой Себастьян.
- Будь здоров!
- Давайте выпьем.
Это могло выглядеть фальшиво,
но чувства были настоящие.
Реальность была так далеко.
И я мало верил, что она вернётся.
Каждый день я откладывал момент,
когда открою Юлии правду.
Это вообще перестало иметь значение.
Потому что лицо Себастьяна становилось
всё отчётливей, а Йонас исчезал.
Ты не сможешь обналичить чек.
Какой чек?
Дурачок.
Это был именно такой день, по образцу
которого Бог создаёт все хорошие дни.
Давай сделаем сегодня ребёнка?
Но мы ведь знакомы только...
...только вечность.
Только вечность?
Ты...
Юлия.
В летнем домике ты хорошо отдохнёшь.
В таком состоянии нельзя никуда
перебираться, в летний домик тоже...
Это плохая идея ехать сейчас.
- Мы уже решили.
- Вам предстоит ещё многое решить.
Там мир и покой. И звоните нам,
если что случится. Мы всего в часе езды.
Совершенно верно. Всего в часе.
Ну что, пора?
- Юлия...
- Да?
Я люблю тебя. Нет ничего,
что могло бы нас разлучить.
Нас не разлучит ничто.
Даже смерть.
Мне приснился странный сон.
Я далеко заплыла. И тут появился кит.
Он открыл рот, чтобы проглотить меня.
А на его языке стоял старик
с бородой, как у Хо Ши Мина.
Он кричал: "Берегись! Берегись!"
Но это