политзаключёнными.
С тех пор я разыскивал тебя.
Я всё время пересекал границы,
менял поезда,
станции, проходил контрольные пункты.
Я откликался на чужое имя,
жил чужой жизнью.
Я приехал, чтобы забрать тебя, Элени.
Сегодня в полночь отходит поезд.
У нас мало времени.
Боже мой!
Ты понимаешь, где мы?
Элени...
Я снова нашёл тебя.
Это ты...
Ты здесь...
Как будто время остановилось с той
первой ночи, когда мы танцевали у реки.
Это ты...
Ты здесь...
Музыка прекратилась...
Послушай вот это...
Мы можем назвать это "Танец у реки"?
Танец, который они вдвоём танцевали.
Позже, намного позже...
Элени скажет: "В последнее время,
когда я просыпаюсь...
каждое утро...
с моей руки капает вода.
И у неё запах реки".
Это вас.
Включите громкую связь.
Продолжайте.
Элени!
Ладно, папа.
У меня просто кровь идёт.
"Сибирь. Декабрь 56-го".
Это потерянное письмо.
"Студия "Чинечитта". Это производственный отдел.
Пожалуйста, оставьте сообщение. Спасибо".
Да... Это сообщение для Джейн.
Джейн, я нашел потерянное
письмо Элени Спиросу.
Пожалуйста, позвони мне.
Элени...
Элени, ответь мне, пожалуйста!
Элени!
"Всё, по чему я скучаю, -
это возможность до тебя дотронуться.
Я восполняю её во снах".
Спирос, поезд!
У нас мало времени.
Элени!
"Сибирь, 27 апреля, 1953-го года.
Я живу в городе, которые
местные называют затерянным
в бесконечной пустоте.
Меня направили сюда...
после 3-х недель изолятора и допросов...
о том, чем я занималась,
начиная с моего ареста в Греции
и заканчивая приездом в Ташкент,
а затем в Темиртау,
и о тебе...
о тебе...
Мы оба дорого заплатили за те
короткие мгновения счастья -
ты в тюрьме...
я в ссылке...
Во мне растёт ребёнок!
Музыка! Музыка!
Извините. Что тут произошло?
Прошлой ночью какие-то
посторонние вломились в отель,
они заперли нас в баре.
Они снесли столы, ящики - всё...
Мы нашли все компьютеры включенными,
телевизоры - разбитыми, разбросанными на полу.
Они оставили странную подпись...
- Извините, я на секундочку, сэр...
- Да, конечно.
Алло, Джейн? Ты получила моё
сообщение о потерянном письме Элени?
Э... Слушай, я перезвоню тебе позже.
- Ты видел, что произошло? - Нет, но они
рассказали мне... что произошло.
Давай пойдём в бар...
Я получила твоё сообщение, но я была...
занята последние дни в пресс-бюро...
Я была очень занята совещанием в верхах.
Хельга, у Элени снова кризис,
как в тот раз, когда мы нашли её
идущей босиком в одной ночной
рубашке по шоссе...
Вчера я вернулся из...
своей поездки, и в комнате был
полный хаос: бумаги,
стекляшки, фотоальбомы - всё...
разбросано. Она всё разнесла.
Уже некоторое время...
с тех пор, как мы приехали в Рим,
Элени меня избегает.
Время от времени она спит...
у своих подружек.
Но на этот раз... тут что-то другое.
Я только что заглядывал в школу -
её там не было неделю.
Директриса махнула рукой.
Когда я вышел, она гаркнула:
"Может, неплохо было бы...
больше интересоваться жизнью
собственной дочери?"
И эпилог:
я нашел старое письмо её бабушки,
которое считал потерянным,
и несколько фотографий, где они вместе.
Я боюсь, что она собирается совершить
какое-то настоящее безумство.
А я что могу поделать?
Когда ты ушла от нас, она
плакала каждую ночь.
Когда ей нужна была...
когда ей нужна была её мама.
Я задыхалась рядом с тобой!
Я пыталась указать на это
тысячью способов,
но тебя не было, постоянно не было!
Твои поездки, твоя работа, твоя реклама -
ты был в центре всего.
Ты, ты, ты!
Чем была для тебя я?
Тенью... Тенью, которая
следовала за тобой.
Мне нечем было дышать,
я умирала каждый день!
Ты знала с самого начала, Хельга,
что у меня не было выбора.
Моим единственным домом были и остаются
истории, которые я рассказываю.
В любом другом месте
я чувствую себя чужаком.
Я чувствую себя потерянным...
Я чувствую себя потерянным!
Я чувствую себя потерянным!
"Сибирь. Декабрь 56-го.
Вчера они привезли ещё и Якоба Леви -
немецкого еврея, друга, заступавшегося
за меня до самого