муж?
Да, это так.
- Но остальных ты не стала
разубеждать. - Да.
Почему?
Я так же, как они, хотела,
чтобы ты оказался им.
- Почему?
- Я так вымоталась одна, и мой сын...
- Наш сын?
- Нет! Я хотела, чтобы у сына был отец.
Ясно. По возвращению у тебя
были сомнения по моему поводу?
- Да.
- Я был злым?
Нет. Это и была твоя ошибка.
У Джека Соммерсби для меня
не находилось вежливого слова.
Протестую, Ваша Честь!
Здесь суд или что?
Я могу напомнить, что судят за
убийство?
А я могу вам напомнить,
что нельзя судить за убийство,
пока не установят
точно его личность?
А теперь сядьте.
- Прошу вас, продолжайте.
- Спасибо.
Но будьте осторожны, вы в опасности.
Лорел, ты посмотри, сколько
людей ничего не могут понять.
Они тебя с самого рождения знают,
верно?
Да. Да.
Они не могут оказаться в твоей шкуре,
но знают, чего бы ты не сделала никогда.
Ты не позволила бы человеку подписать
контракт, если он не Джек Соммерсби.
Эта бумага ничего не стоит.
Так что, они ничем не владеют.
- Ты подумала об этом?
- Нет.
А наши дети? Как с ними?
Если я не Джек Соммерсби,
что с ними станет?
А наша малышка Рэйчел?
Ублюдок - слово
не слишком приятно на слух.
- Ты этого хочешь?
- Нет.
А ты?
Как представляешь себе возвращение
с незаконнорожденным ребенком
и любовником вором?
Как ты скажешь этим славным людям,
что врала им целый год?
- Они тебя хорошо знают.
- Может, не так хорошо.
Да... Никто нас не знает,
ни тебя, ни меня.
Мы с тобой знаем, что ты не Соммерсби.
А тут все знают, кто я. И я знаю.
Единственный, кто не хотят
это признать, это ты и Орин.
- Ты пошла на сделку? С Орином?
- Ты смешон.
Этот человек пришел как крыса,
под покрывалом,
чтоб сказать потом, что я - это не я.
- В обмен на что?
- Прекрати.
Нет, ты прекрати! Что ты ему пообещала?
Что всё будет,
как до твоего возвращения.
Что всё будет как прежде.
Значит, ты будешь обещана
человеку, которого не любишь,
а я стану ничтожеством
под именем Горацио Таунсенд,
сидящим в тюрьме за мошенничество.
- Зато не повешенным.
- Это неважно. Я буду уже мертв.
- Ты заботишься обо мне?
- Да, конечно!
- Тогда почему?
- Потому что ты не Соммерсби!
- Ты уверена?
- Жена узнает своего мужа.
- У тебя нет доказательств.
- А зачем они!
- Никто тебе не верит!
- Я знаю, что я чувствую.
- Разве этого достаточно?
- Да!
- Что у тебя за упрямая башка!
- А ты тупой упрямец!
Зачем упорствовать, ведь
ты не Соммерсби? И не был никогда!
- Откуда тебе знать?
- Я знаю!
- Откуда?
- Я знаю!
Я знаю потому, что люблю тебя,
как никогда не любила его!
Скажи мне, Лорел, в глубине сердца...
Я для тебя муж?
Да.
Спасибо.
Вопросов больше нет.
Мистер Доусон?
Вы можете сесть на место,
миссис Соммерсби.
- Есть ещё свидетели, мистер
Соммерсби? - Нет, сэр.
Подойдите.
Вы были более чем убедительны.
Ваша личность установлена,
как и ваша вина.
Вы хотите что-либо добавить?
Мистер Соммерсби?
Что тут помечено?
Сколько вышло?
Я сказал - восемь.
Надеялся, что будет десять.
Но двенадцать!
Сколько мы получили за весь урожай?
Немного более десяти тысяч долларов.
Господь Всемогущий!
Иди ко мне, женщина!
Прыгай от радости.
Получилось, получилось!
- Как малыши поживают?
- Хорошо. Рэйчел кругленькая и упрямая.
А Робби?
Он плохо всё воспринял.
Не может понять.
Я тоже не могу.
Что я должна ему сказать?
Что его отец никого не убивал.
А Горацио Таунсенд?
Горацио Таунсенд...
Да. Я знал Горацио Таунсенда.
Хорошо знал.
То, что сказали о нём в суде,
это правда.
Ненавижу эту сволочь.
Ему очень повезло, что он оказался
в тюрьме с человеком, похожим на него.
Как будто они братья -
так и было, без сомнения.
После четырех лет, проведенных вместе
в камере, они всё знали друг о друге.
Сейчас он мертв.
Кто?
- Горацио.
- Не ты убил его?
Нет. Он был зарезан...
той же ночью, когда он убил
Конклина.
Истек кровью.
Я похоронил его на холме, под камнями.
Ты похоронил Джека.
Я похоронил Горацио.
Ради блага всех.
Надо было сказать это