проиграют войну.
Эта война не на жизнь,
а на смерть.
О Боже!
Посмотрите на эту собаку.
Кажется, мы здесь не первые.
Сам Йигер, черт его дери,
Поллак.
Видать, эта война
становится популярной.
Ты чудом осталась жива!
Давай поблагодарим Бога
и вернемся в Загреб.
-Кто скажет мне спасибо?
-Спасибо, Кайл.
За что?
-За заботу о Саре?
-Именно за это.
За то, что позаботился
о Саре.
Более вежливо:
"Спасибо, Моррисон, что
позаботился о Саре Ллойд" .
А разве того, что я сказал,
недостаточно?
И что теперь?
"До свидания, Вуковар" ?
Может, она сама решит?
Вокруг сербские снайперы,
засранец!
Очень скоро здесь
будет война.
Как, по-твоему, к чему
готовятся эти солдаты?
К вечеринке?
Ты можешь допереть,
что здесь будет?
-Я все равно поеду.
-Ты не доедешь туда.
Никого не впустят
и не выпустят оттуда.
-Ты найдешь там смерть.
-Ты-то откуда знаешь?
Ты-то сюда на самолете
добрался.
Да что с тобой?!
Я же пытаюсь помочь!
-Мне нужно кое-что отснять.
-А кто тебе не дает?
-Надо снимать - снимай!
-Да пошел ты!
-Она-то тут при чем?
-Я все равно поеду.
Если есть хоть полшанса,
что он жив.
Он погиб!
Он погиб, пойми!
Сара!
Чтоб у тебя там пленка
кончилась!
Что ты здесь делаешь, Йигер?
Ехал бы ты отсюда.
Напиши книгу или что-нибудь
еще.
Какую книгу?
Я знаю, зачем ты приехал.
Ты приехал к ней.
Но тебе ее не переубедить.
Пока она не увидит
тело Харрисона.
Так что, делай, как я.
Помоги ей.
Лучше мы оба будем
молиться,
чтобы кто-нибудь полюбил
нас так, как она любит его.
Тут был один наемник,
француз.
Он сказал, что 7-8 дней назад
видел в госпитале одного
американского фотографа.
Он тяжело ранен, но жив.
Возможно, это Харрисон.
Следующая остановка -
Вуковар.
Командир войск дал нам
разрешение на выезд.
Нас раздирал страх.
Мы прекрасно знали,
какой ужас ждет нас
впереди.
Если бы она засомневалась
хоть на секунду,
думаю, мы бы повернули
назад.
Но она не сомневалась.
И мы собрались.
Мы разделимся.
Выступаем с интервалом
в 10 секунд.
Дорога по лесу
примерно с километр.
Бежим одну минуту,
остановка тоже на минуту.
Если стреляют,
останавливаемся
и отсчитываем интервал
снова.
Если кто-то кого-то
догоняет,
останавливаемся
и возобновляем дистанцию.
Если кого-то ранят,
не возвращаться.
О нем позаботится тот,
кто идет следом.
А если ранят последнего?
Ты пойдешь первым,
потом Кайл, потом Сара,
а я буду последним.
-Я пойду первой.
-Сара, пожалуйста.
Ну, Стивенсон...
Иди, как только будешь
готов.
Ну, давай.
Сара!
Все нормально.
Сними это.
-Ты в порядке?
-Да.
Улыбайтесь.
Они поражены, как мы
прорвались через снайперов.
Они уважают силу
и ненавидят слабость.
Выше голову.
-Ты сам-то как?
-Все нормально.
Ну-ну, все хорошо.
Расслабьтесь.
Они нами восхищаются.
Думают, что мы герои.
Никто до нас не решался
на такое.
Мы так и шли, все вперед,
не знаю, как долго.
И вдруг оказались
на улицах Вуковара.
Здесь шли не просто бои.
Позже это назвали
"расовой зачисткой" .
Мы в ужасе смотрели
на это.
Повсюду трупы, части тел,
убитые дети.
Там была женщина.
У нее на шее была
табличка:
"Я вынашиваю сербского
ребенка" .
И я подумал:
"Что мы тут делаем?"
Ублюдки!
Сволочи!
Это было невероятно.
Я подумал:
может, мы сошли с ума
или нам это приснилось?
Мы шли туда, откуда
не было шансов вернуться.
Мы фотографы!
Мы фотографы!
Черт, это же больница!
Пойдемте быстрее!
Давайте резче!
Давайте, давайте!
Это те ублюдки.
Марк! Иди сюда!
Давай, давай!
Я больше не хочу здесь
оставаться.
Моя сумка! Моя сумка!
Давай же, иди!
Она воняет. Воняет смертью.
Надо выбираться отсюда.
Здесь нельзя оставаться!
Я уйду! Они нас всех убьют!
Да успокойся ты!
-Стой!
-Все в порядке!
Марк!
Господи, вы ищете мертвеца!
-Тут тысячи мертвецов!
-Я знаю, знаю.
Ну, хватит. Все нормально,
они ушли.
Сейчас я тебя вынесу.
Я держу тебя.
Все нормально, живой!
Черт!
Прости меня.
Прости меня.
Уже почти ночь.
Если сербы нападут,
они захватят больницу.