там ничего не было.
Ни денег, ничего.
Деньги перевезли в Мехико
больше месяца назад.
А это место стали использовать с тех
пор, как тюрьму для политзаключенных.
- Что ты имеешь в виду, тюрьма для политзаключенных?
- Я никогда не говорил и слова о деньгах.
Все, что я тебя спросил, хочешь ли
ты проникнуть внутрь.
Но ты же знал, что этот банк
мечта всей моей жизни.
Действительность в том, что ты
только что освободил 150 патриотов
с безупречной смелостью
глядя в лицо опасности.
О, да.
Теперь ты великий герой революции.
- Вива Миранда!
- Я не хочу быть героем.
- Все, что я хочу это деньги.
- Вива Миранда!
- Ты научил меня одной вещи.
- Какой?
Как надо накалывать!
Что это?
Это карта.
Карта твоей родины, а ты
на ней развалился.
Это не моя родина. Моя родина
это я и моя семья.
Твоя страна это также Хуерта,
и губернатор, и помещики,
Гантер Руиз и его саранча в форме...
И эта маленькая революция тоже.
Революция? Даже не пытайся говорить мне
об революции. Я все знаю о революции.
Это когда люди, которые начитались книг,
идут к тем, кто читать книг не умеет.
И говорят им: "Пришло время для перемен."
- Шшш
Шшш, Шшш, Шшш, не шыкай мне!
Я знаю, что я говорю, когда
я говорю о революции.
Люди, которые читали книги, идут
к тем, кто читать книг не умеет.
и говорят им: "Мы должны что-то переменить."
Тогда бедные люди, начинаю что-то менять.
В результате, те, кто умеет читать,
садятся за большой стол
и говорят, говорят, говорят,
и жрут, жрут, жрут.
Ну а что происходит с
бедными людьми?
Они умирают!
Вот что такое твоя революция.
Шшш...
Так что, пожалуйста, не говори
мне о революции.
А что происходит после этого?
Все та же чертовщина начинается
по новой, снова и снова.
Капитан...
Не задави меня.
Идем, осталась последняя часть пути.
Мне тоже это не нравиться.
Однако, Гантер Руиз в 20 милях отсюда.
Он едет по дороге, которая
ведет к этому мосту, снизу.
И он прочешет весь этот
район кустик за кустиком.
Поэтому и есть приказ отступить, и
спрятаться в пещерах Сан Усидоро.
Что-ж, это блестящий приказ.
Здесь мы их и встретим. А вы и
остальные, идите в свои подвалы мечтать
и мочиться на стены.
Не все могут воевать. Поэтому есть те, кто
все должен организовать и скоординировать.
Да, да. Конечно.
Да, хорошо...
Не обращай на меня внимание.
Это личное.
Извините, насчет всех этих
приказов, но я остаюсь.
Мне уже плевать на всю
эту революцию,
и я уже устал бегать по горам
вверх и вниз без всякого толку.
Так что, я остаюсь здесь. Прямо
здесь. У моста Святого Георга.
Может быть, за меня говорит злость
на вас и на ваши медленные мечты.
Или, может быть...
может быть потому-что
просто ноги болят.
Хм...
Если он собирается остаться,
я тоже остаюсь.
Не знаю, может быть, у меня
тоже нога заболела.
Друзья, я и ирландец, мы сами
собираемся поймать в ловушку
эту поганую саранчу в форме.
Внимание! Идете назад
и прячетесь по пещерам.
А если что-то здесь будет не так,
тогда каждый сам за себя.
Двигайте свои задницы.
Поняли?
Тогда, идите уже!
Если что-нибудь пойдет не так
и ваш отец не вернется,
на небе я буду молить господа,
чтобы он о вас позаботился.
Что ж...
- Удачи!
- Спасибо!
слушай, когда они скроются из виду,
мы потихонечку смоемся, да?
Нет?
Ты же не имел в виду, что мы тут
останемся. У тебя из-за всех этих
взрывов башка поехала.
Помнишь, Джон и Хуан?
Америка?
Миллионы?
Нет?
Нет.
Я не понимаю тебя, я думал ты схитрил,
чтобы мы смогли убраться отсюда.
- Что мы сможем сделать вдвоем против этой саранчи?
- Ты сделаешь мне одолжение, если оставишь меня.
Если мне предстоит сделать выбор,
между цыплячьим похитителем
и возможностью освободить мир
от нескольких униформ
Я выбираю не цыплячьего вора.
OK.
OK.
Нет!
Нет, нет, нет и нет.
Тебе бы этого хотелось, да?
Так вот, послушай меня
ирландский кусок дерьма.
Если ты думаешь, что ты единственный, кто
имеет яйца, чтобы остаться, ты ошибаешься.
Потому-что и я имею яйца, чтобы остаться.
Он