этот лоскут связан со мною?
- Это ничего не изменит между нами!
Как этот лоскут может что-то изменить?
В него был завёрнут младенец.
- Какой младенец?
- Бифья вытащила его из реки.
Мемнет была с ней.
Кем был этот младенец?
Мемнет мертва. Никто больше
не знает, кто ты. Я люблю тебя.
Я убью любого,
кто встанет между нами.
Почему ты убила ради меня? Если любишь,
не лги. Кем был этот младенец?
Обними меня.
Обними. Крепче.
Ты был рождён не царевичем
Египта, Моисей,
но сыном рабов-евреев.
Ты веришь этому?
Я поверю во всё,
что ты пожелаешь.
Скажи, что это не так,
я поверю, что это не так.
Даже в любви нельзя скрыть правду.
Ты веришь, иначе не стала
бы убивать Мемнет.
Я люблю тебя.
Мне ведома только это правда.
У этого младенца из вод Нила
была мать?
Мемнет назвала её Иохаведой.
Я спрошу Бифью.
Как мог ты усомниться во мне?
Ты верил мне, когда держал меня за руку,
делая первые шаги.
Всё это ложь, придуманная Рамсесом.
Рамсес выдумал и это?
Слово твоей матери против лоскута,
найденного Мемнет.
Как ты узнала, что его нашла Мемнет?
Кто ещё? Мемнет растила Рамсеса.
Она заплатит за свою ложь.
- Уже заплатила.
- Она умерла?
От руки Нефретири.
Забудь все страхи и подозрения, если они
ещё остались в тебе, сын мой.
Твоя воля станет законом Египта, как
только тебя коронуют и объявят царём.
Мемнет говорила о еврейке
по имени Иохаведа.
Тебе известно о ней?
Нет.
Твоё лицо видел я над
своей колыбелью,
ты единственная мать, какую я знаю.
Куда ни приведёт меня
путь мой,
я всегда буду любить тебя.
Колесницу! Я еду в Гесем!
Колесница? В Гесеме?
- Ты узнаёшь меня?
- Прошло много лет, о Величайшая.
Кто они?
Лишь они остались из детей моих.
Я буду говорить с тобой одной!
Отчего ты?
- Отчего ты пришла сюда?
- Скоро здесь будет Моисей!
Мой сын?
Нет! Мой сын и боле ничего
он знать не должен.
Уста мои могут отвергнуть его, госпожа,
но глазам не прикажешь лгать.
Вы все покинете Гесем, этой же ночью.
Мы левиты, пастухи, сыны Израилевы.
Мы не оставим свой народ.
Неужели отберёшь у Моисея всё,
что я дала ему?
Неужели разрушишь всё, что я создала?
Я положила трон Египетский
к его ногам.
- Что дашь ты ему взамен?
- Я дала ему жизнь.
А я любовь! Разве твои руки
утирали слёзы его?
И твоё сердце болело о нём в час беды?
Да, моё сердце болело о нём.
И мои руки жаждали обнять его,
но я не смела тронуть даже
край его одеяния.
От меня он мог наследовать только
невзгоды, нищету и удары хлыста.
Нет, я не лишу его славы и богатств,
что дала ему ты.
За это воздастся тебе.
Тебя и твоих родных сегодня же
вывезут из Гесема.
Куда бы ты ни услала меня,
если Бог Авраама избрал
сыну моему предназначение,
он узнает о нём
и исполнит его.
Войдите, собирайтесь! Я прослежу,
чтобы вы ни в чём не нуждались.
Тебе и детям твоим будет
дана свобода.
Неужели мать моя забыла? Только фараон
имеет власть освободить раба.
- Моисей, не входи сюда! Это дом скорби.
- А ты стала утешительницей, мама?
Я следил за тобой, дабы отыскать
эту женщину, - Иохаведу...
Ты та женщина, что зажало
между камнями.
- Пока не пришёл ты.
- Сын мой, если любишь меня, ты...
Я люблю тебя, мама,
но твой ли я сын?
Или твой?
Нет, ты не мой сын.
Если ты веришь, что людей можно гонять
хлыстом, будто скот,
если поклоняешься идолам из камня
и златым образам зверей,
ты не мой сын.
Мой сын был бы рабом.
Его руки были бы
изломаны кирпичами,
на его спине были бы шрамы
от хлыста надсмотрщика,
но в его сердце пылал бы
дух Бога живого!
Этому Богу нужны израненная спина и
изломанные руки в уплату за его милость?
Этот Бог пустыни - надежда для тех, у
кого её уже нет. Твоё место во дворце.
Ты воспарил к солнцу
на золотых крыльях.
Ты принадлежишь мне,
Нефретири, Сети. Тем, кто любит тебя!
Разве любят меньше те, у кого не
осталось надежды.
Поклянёшься ли ты именем своего
Бога в том, что ты мне не мать?
Нам неведомо Его имя.
Тогда посмотри мне в глаза и скажи,
что ты мне не мать.
О Моисей, я не