такой
группе спецподготовки?
Да, один раз! Еще до того,
как попал в список тех, кто в розыске.
Но это было давно.
Мне еще нужно прослушать пару пластинок,
которые чаще всего спрашивают.
Ты должен устранить эту девушку.
Она нас всех ставит под угрозу.
Наркоманы ... всегда под наблюдением,
это каждый знает.
Кроме меня у нее больше никого нет.
Все равно, надо ее устранить...
мы из-за нее рискуем.
Наоборот, кому придет в голову что-то еще
здесь подозревать, когда в доме живет такая?
Это не аргумент.
У нас нет другого выхода.
Быть может,
она сама куда-нибудь отсюда уйдет.
Надеюсь, так и будет.
Я дам о себе знать.
До скорого.
Ваше здоровье!
Ваше здоровье, Сюзанна!
Благодарю!
Вы довольны своими телохранителями?
Пожаловаться не могу.
Я даже играл с одним из ваших в шахматы.
Однако ... жизнь сильно меняется
...когда за тобой следуют по пятам.
Вы - под наблюдением, герр Лёрц.
Вам гарантирована защита полиции.
Да, но как ни назови, а результат все тот же.
Такого рода защиту обеспечивают,
когда о ней просит предприниматель.
Жалуйтесь вашим коллегам. А не мне.
У вас не слишком развито чувство юмора.
Вовсе нет! Недавно мне приснилось ...
что сами капиталисты и выдумали терроризм,
чтобы вынудить государство лучше их защищать.
Смешно, правда?
Я уже заканчиваю.
Да, ну ладно.
Разве она не прекрасна?
Да, очень красивая женщина.
Вы ее любите?
Несомненно, люблю.
А вы?
Она -жена моего сына.
Нам пора. Пошли, Сюзанна!
Когда в зеркале, обрамленном каменьями,
я рассматриваю свое лоно и нежные складки
пудэнды, порозовевшие от ветра,
я думаю: мне бы понравилось,
если бы я - во имя великой любви -
смогла отдаться первому встречному.
Но любовь властелина Копья принадлежит ему
одному - высокая гора безграничного услаждения.
Он доводит меня до того, что я соглашаюсь
ноги раздвинуть так, как он хочет,
и его страсть мне велит:
"Ты -дева сладострастия, и я избрал тебя,
чтобы себя освежить, и спалить, и распять.
Умоляю тебя, творение отца моего, раздвинь
свои ноги, ласкай свое лоно языком и губами".
Я делаю то, что он хочет, и ласкаю себя
языком и губами в немыслимой
акробатической позе,
и здесь пригодится свеча...
Надо же, и здесь их нет.
Ты же всегда берешь все свои
документы в банк.
Почему как раз сегодня ты их должен
был оставить дома?
Сам не пойму.
Но утром я их сразу здесь заметил.
Подумай, дорогая.
Может, ты вспомнишь, куда они делись?
Ты так говоришь,
словно в чем-то меня подозреваешь!
С чего ты взяла?
Ты меня выспрашиваешь,
как на допросе в уголовной полиции.
Откуда тебе знать...
как допрашивают в полиции?
Не трогай меня!
Почему это?
Сначала ты меня подозреваешь, а потом ...
Вовсе я тебя не подозреваю!
Что с тобой?
Пусти ... Помогите! Оставь меня!
Я тебя не понимаю - это уже не в первый раз
Что случилось?
Раньше тебе это нравилось.
Откуда ты знаешь.
Ты вообще ничего не знаешь.
Ты все и всегда только себе придумываешь.
Ну ладно. ... Не будем больше ссориться.
Как там ... обед готов?
Тебе всегда что-то надо -
всегда, всегда, всегда, всегда!
Прошу тебя...
Не надо меня хватать.
Если бы я только могтебя понять.
Скажи, что ты меня заводишь лишь потому,
что ты -жена моего сына.
И еще, что ты меня за это ненавидишь,
да и себя тоже.
Я тебя завожу лишь потому,
что я -жена твоего сына ...
и я тебя ненавижу...
Но в сущности это не так уж и важно...
Важнее другое ... - что я ненавижу себя...
Но этого еще мало - ненавидеть.
Я себя презираю.
Ах, презираешь!
Ты становишься все лучше - презираешь себя,
это, действительно ...
Это совсем не забавно.
В этом нет ничего смешного.
Напротив, Герхард.
Я, действительно, себя презираю.
И, вообще-то,
это очень больно - себя презирать.
Ой, не выдержу!
Ты сегодня -такая огромная и древняя.
Ты - просто высший класс, малышка.
В классическом стиле, античность и архаика.
А ты - свинья!
Да, я свинья,
и ты больше никогда со мной не ляжешь.
Да... сегодня последний раз.
"И когда он во мне, я его обрекаю на