Америки.
- Здравствуйте.
- Посмотри на это лицо.
Мой муж столько о вас
рассказывал. - Да?
Я очень рада, что вы пришли
на нашу вечеринку. - Да!
Вы не присоединитесь? Идемте, выпьем
чего-нибудь и попробуем закуски...
и чувствуйте себя, как дома.
Ой, простите меня!
Я сейчас вернусь.
Могу я предложить вам
закуски, господин?
Возьмите салфетку.
Извините.
Пешелес.
Натан Пешелес.
Неделю назад я приходил
к вам.
О! Извин...
Извините, это так
неожиданно, что я...
я не знал, что вы были знакомы
с ребе Лембеком. - А кто знает?
- Где ваша жена?
- Я ее потерял.
Она где-то здесь. Я...
- Идемте.
Давайте вместе ее поищем. Г-жа Шрейер
мне столько о ней рассказывала.
О польской девушке, которая принимает
другую веру, я ужасно хочу с ней встретиться.
Херман!
Это Яша Котик. Помнишь, я тебе
рассказывала об актере...
который был со мной
в лагере.
- Это Херман. - А-а-а, так вы
муж Маши. Поздравляю.
Скажи, как тебе это удается?
Я полмира обошел, чтоб ее найти...
а ты на ней женился,
как раз плюнуть.
А кто этот любезный
джентльмен?
Ч-что?
Это господин Пешелес.
Я познакомился с г-ном Бродером
на Кони Айленде. - Кони Айленде?
Я там один раз играл. Полный зал
престарелых женщин, и все глухие.
Я играл в каждом уголке
еврейского театра...
от Майами до Варшавского Гетто.
И любая голодная публика лучше,
чем глухая.
А где вы живете?
Тоже на Конни Айленде?
Что вы все время говорите
о Конни Айленде?
Ну, я... поехал туда в гости
к г-ну Бродеру.
Я думал, что та женщина, которая
перешла в другую веру, - его жена.
А оказалось, что у него такая
симпатичная девушка прямо здесь.
Вы, беженцы, точно знаете,
как жить.
Нам, американцам, разрешается
иметь всего одну.
И представляете? Представляете?
- Это не то, что вы подумали.
На прошлой неделе я пошел в госпиталь
проведать друга с предстательной железой.
И встретил там еще одну симпатичную
женщину, которая тоже была у вас в доме.
Ей удаляли пулю из бедра.
Она, наверное, бредила, так как
сказала, что тоже ваша жена.
Как ее звали?
-Т-Там-Тамара!
Точно, Тамара Бродер.
- Тамара? Я думала, она мертва.
Я же тебе говорил, моя покойная жена живет
в Америке. - Ты говорил, она старуха и уродина.
- Но это обычно все мужчины
говорят своим женам! - Ну, вот как...
Вы все друг друга знаете.
Мой друг Господин Пешелес
всех знает.
И его все знают.
Маша, вы самая прекрасная
женщина на вечеринке.
А мой друг Херман
ее прятал.
- Он прятал не только ее одну.
- Вы так думаете?
Со мной он всегда играл
безобидного барашка.
Я уже начал думать, что он евнух.
Я бы сам хотел быть таким евнухом.
Извините, ребе.
Я сейчас вернусь.
Куда ты бежишь? И, в конце концов,
сколько у тебя жен?
Отстань от меня.
- Сколько? Три?
Десять. Десять. Меня...
Меня тошнит.
Где здесь туалет?
- Внизу.
Спасибо.
Херман! Я с тобой собираюсь
поговорить последний раз.
И хочу тебе сказать, что ты самый
ужасный врун из всех, кого я знала!
Если ты услышишь,
что я умерла...
не приходи на мои похороны.
Где твои жены?
Они уже обе со мной
не разговаривают.
Кофе или чай?
- У меня сплошные неприятности.
Маша все знает. Ядвига подозревает.
Все безнадежно.
Кофе или чай?
Через полчаса мы закрываемся.
Принесите ему стакан чая и
кусочек творожного тортика.
Нет, тортик не надо. Не надо.
У меня... у меня болит желудок.
Я хочу тебе кое-что сказать.
И не злись на меня.
Ты потерянный человек, Херман.
Один из тех, кто не может сам
для себя принять решение.
Здесь, в Америке, у них есть... человек,
который называется менеджер.
Давай я буду твоим менеджером.
Ты полностью отдашь себя
в мои руки.
Я решу все твои проблемы, но ты
делай то, что я тебе говорю.
Зачем тебе это, Тамара?
Действительно, Тамара, это что,
просто подачка от тебя?
Нет. Я вижу, что у тебя
по горло проблем.
Кто ты?
Ты кто, ангел?
Кто знает, кто такие ангелы?
Сначала ты возвращаешься
к Ядвиге.
Далее я нахожу тебе новую работу.
Ты сможешь работать у моего дяди.
Как вкусно. - Очень.
- На