говорить людям то, что ты о них думаешь.
Есть люди в наших кругах,
которым это не нравится.
Например, Гейб Лоуренс,
вице-президент ''веселых новостей''.
Что ты сказал о его репортаже
из Гренады?
А то, что это полное говно.
Он ничего не знал толком.
Пробыл там один день.
Начальство сейчас на пределе, Уоррен.
Они используют меня как живую камеру
для своих собраний.
Твои источники в Пентагоне все еще
надежны?
- Думаю, да. А что?
- Спроси их про ''Саутком''.
К концу века мы вернем себе
Панамский канал.
Не думаю, что это случится
без многочисленной поддержки.
- Ты что-нибудь знаешь?
- Я знаю, что этим интересуются.
У тебя там кто-нибудь есть?
Гейб не думает, что получится что-нибудь
стоящее.
Я, пожалуй, тут задержусь ненадолго.
А она одобрит это?
- Не волнуйся, она хочет взорвать город.
- Всегда добрею от ланча.
- Я все тебе рассказал, Бьюфорд.
- Береги себя.
Ты тоже.
- Привет.
- Я звонила тебе весь день.
Забыл сказать, я летал в Нью-Йорк.
- Зачем?
- Ничего особенного.
Ты должна была быть там. Там была
уличная ярмарка. Такой невероятный день.
- Встретил кого-нибудь?
- И повсюду в масках бегали дети.
- Что?
- Там что-то произошло?
Да. У меня был водитель, который не мог
найти станцию ''Пенсильвания''.
- Подожди, подожди.
- Что?
- Ты что-то скрываешь от меня?
- Ты задаешь много вопросов.
Но не получаю ответов.
Большинство репортеров в Вашингтоне
не любит рисковать. Но только не Уоррен.
Он думал, что тот репортаж сделает его
знаменитым. Но не вышло.
Знаешь, почему он ушел из Ай Би Эс?
Он сказал, что совершил ошибку в сюжете.
Он поверил источнику,
которому не следовало верить.
Он поверил источнику,
потому что им была я.
Я год вела брифинги
в Министерстве иностранных дел.
Я заключила с Уорреном сделку.
Мы делаем то, что каждый должен делать.
Я мечтать не могла,
что он купится на эту историю.
- И он купился?
- Да, это так.
Обычно это не имело значения, но тогда
Ай Би Эс искало, чем бы его прижать.
И нашло. Начальство крепко прижало его.
Ему устроили обед с Бьюфордом Селсом.
Бьюфорд сказал: или играешь с нами,
или уходишь. И он ушел.
Бьюфорд был его лучшим другом. Уоррену
стоит немало сил просить у него работу.
Вы много сделали для многих. Наверное,
мало тех, которые Вам не должны.
Пожалуйста, сделайте мне одолжение.
Я прошу Вас, помогите ему.
Ни за что! Я не сделаю этого.
Ты не можешь со мной так поступить.
Ты говоришь мне, чтобы я его взял?
Я работал с Уорреном по наркотикам.
Он чуть меня не угробил.
Не сейчас!
Как будет удобно губернатору.
Я под него подстроюсь.
Перед тем как пустить в эфир мы сделаем
на телевидении серию выступлений.
Начнем с губернатора, делающего упор
на тюремную реформу.
МакБрайд поднялся в списке на 24 пункта.
Потому что народ думает, что лишение
заключенных удобств - правильный ход.
- Мы будем опрашивать.
- Мы?
Ты и я.
Но ты не спрашиваешь, как я это вижу.
Как ты это видишь?
Надо поговорить с охраной, с экспертами.
МакБрайд очень мягок. Он не выдержит.
Тогда ты это делай.
Мы сможем видеться весь день.
Если чего-то хочешь, не бросай это.
- Я еще кое-чего хочу.
- Я и так сделал то, чего не хотел.
Что еще в голове?
Женись на мне.
Что?
Женись на мне.
Я был женат дважды. Неудачно. Дважды.
- Я хочу, чтобы ты был рядом.
- Я и так рядом.
Правда, я не знаю,
как ты этого добилась.
Хочу, чтобы ты был со мной официально.
Властью, данной мне,
объявляю вас мужем и женой. Поцелуйтесь.
Обычная речь губернатора в клубе
не пройдет.
Надо показать день из жизни заключенного
в тюрьме при реформе МакБрайда.
И вот это как раз раскроет суть.
- Ты слушаешь меня?
- Я думала, у нас выходной.
Моя жена - сахарная барышня.
- Наш выходной закончился в полночь?
- Помнишь Фернандо Буттанда?
Отца новогоднего ребенка. Майами,
подарок, Роб и я ссоримся в эфире.
Его переслали сюда?
В Холмсбург. Вот и день из жизни.
Буквы на весь экран:
''Губернатор подписывает акт о реформе''.
Переходим к МакБрайду, слушаем тезисы.