мной в то время.
И тогда...
Был сделан этот снимок.
Да.
Чьим фотоаппаратом?
Ее. У меня нет привычки
разгуливать с фотоаппаратом.
У нее в квартире не было обнаружено
ничего подобного.
Кроме того, нет ни одного снимка,
который она могла бы недавно снять.
А эта фотография...
была взята из моего стола?
Без моего разрешения вы шарили
по моим ящикам, словно я подозреваемый!
Вы не имеете никакого права!
Ну же, ну же... Успокойтесь...
Но почему Вы не отнесли
такую удачную фотографию домой?
Вместо этого спрятав ее
в ящике своего рабочего стола.
Там, где ее не сможет увидеть Ваша жена...
Я оставил ее там, потому что она
не имела для меня никакого значения.
Я хотел выбросить ее,
но лишь по небрежности оставил в ящике.
Разве Вы не были любовником Секигучи Маюми?
Это явная ложь!
Ну же... Не волнуйтесь.
Ладно... Но я никак не пойму,
кто же сделал этот снимок?
Она попросила проходящего мимо человека.
Однако...
это фото было снято
телеобъективом.
Не важно, как оно было получено,
ко мне это не имеет ни малейшего отношения!
До чего же гадко!
Я ухожу.
Вы поступили ужасно, инспектор Тода.
Почему?
Это фото. Фото.
Сперва использовали девушку, чтобы получить
копию, теперь набросились на Сено Такаюки.
Немного поднажав на преступника,
можно заставить его говорить... Нет?
Разве это не называется
"сфабриковать ложное обвинение"?
Когда ты говоришь так,
мне тут же хочется выйти на пенсию.
Если бы ты задумалась о замужестве,
все было бы по-другому.
Оставьте меня в покое.
Что за детский рингтон?
Ну... я ожидаю рождения ребенка.
Которого?
Моего первенца.
Невозможно.
Моя жена на пределе того возраста,
когда еще можно рожать.
Да, я.
Да.
Как я и думал...
Вы не смогли проследить
появление денег на этом счету.
Хорошо.
Даже когда он вот-вот станет папашей,
и ему светит отставка,
все равно не хочет вести себя как взрослый.
Это не мое дело.
Когда в полиции узнают,
какие персоны ожидают операции у него,
они вычеркнут его из списков
возможных свидетелей.
Или же его такое скорое возвращение домой
при подобных обстоятельствах беспокоит Вас?
Нет.
Он ничего мне не говорит.
Водитель, сбивший Вашего дядю,
все так же не найден.
Неприятности одна за другой преследуют Вас.
Кёко-сан...
Если я хоть чем-то могу помочь Вам,
прошу, обращайтесь.
С возвращением.
Я дома.
Таэко-сан,
можете быть свободны.
Ваш ужин готов.
Как обычно, лишь немного подогрейте.
Спасибо.
С возвращением.
Я дома.
Ты слышал, что Секигучи Маюми убили?
Я в курсе.
Ты был хорошо знаком с ней?
Не очень.
Но разве ты не близко знал ее?
Я вряд ли даже говорил с ней.
Разве?
Да.
Однако, этот случай может повлечь
убытки для больницы.
Пока не закончится расследование,
полиция будет приходить снова и снова.
Печально, да?
Интересно, придут ли они сюда?
Полицейские.
Зачем?
Потому что ты директор.
Ну а я председатель правления.
Интересно...
Даже если придут...
Ты-то уж никак с этим не связана. Так?
Так и есть.
Я не должна обвинять Такаюки.
Он не должен узнать,
что мне известно о его измене.
В противном случае,
он может что-то заподозрить.
Дорогой...
Послушай.
Ди умерла. Ты заметил?
Ну теперь, когда ты сказала...
Что случилось?
Она лизнула Парамидозин и умерла.
Парамидозин?
Я думаю,
что кто-то открыл сарай в саду.
Точно.
Кто-то вломился к нам и Ди...
Не увлекайся.
Возможно, я просто забыл закрыть
в сарае дверь.
Прости.
Она так много значила для тебя.
Послушай.
Ты ведь пойдешь завтра?
На похороны Секигучи Маюми.
Да.
Похороны откладывались до тех пор,
пока не было произведено вскрытие.
Но, благодаря этому,
ты сможешь уделить ей последнее внимание.
Ее бы это порадовало.
Кёко...
о чем ты говоришь?
Я тоже пойду.
Ведь я же председатель правления.
Какая она красавица.
Владелица больницы и пианистка.
Я ношу под сердцем ребенка Такаюки.
Уже пять месяцев.
И счастлива этим.
Ежемесячное пополнение в 300 тыс. иен?
Она упоминала, что хочет