Никсон нанял себе воров.
Что за издевательство?
Я куплю билеты. В октябре сразу
несколько премьер, которые тебе понравятся.
Фанни Брайс играет в пьесе
под названием Сладостная низость.
- Да, она хороша. Всегда хороша. Анна.
- Да?
Вкусно.
- 0чень вкусно.
- Спасибо, Мейер.
- Если я возьму билеты, ты пойдёшь?
- Да.
- Правда, Мейер?
- Да, пойду. Конечно.
Я постараюсь.
Извини.
Да?
Ротштейн погиб.
- Когда?
- Час назад. Срочно приезжай.
Хорошо.
- Чарли уже едет.
- Понял.
Пока.
Анна. Меня вызывают.
- Вызывают? Кто тебя вызывает?
- Это важно. Я не надолго.
Ты только приехал домой.
Ну почему? Тебе не дают пообедать.
- Час - два, не больше.
- Послушай, может, ты хотя бы доешь? Мейер?
Мейер!
Я замужем за доктором Лански. Ты что,
хирург, что тебе даже пообедать не дают?
- Мейер!
- Экстренный выпуск новостей.
Несколько минут назад в отеле
Парк-Централ был ранен Арнольд Ротштейн.
0н скончался по пути в больницу.
За партией в покер? Из-за какого-то покера?
- Азартные игры.
- Мне звонил Маранцано, зовёт к себе.
Сначала посечёт лицо, потом глотку перережет.
- А Массариа?
- Я и с ним говорил. 0н тоже приглашает.
0ни стоят друг друга. У каждого из них
огромные перстни, и нам их придётся целовать.
- Как там за игровыми столами?
- Всё нормально.
Я читал, что Дженерал Электрик продаст
в этом году 800 тысяч холодильников.
У Вулворт 1100 магазинов.
1100. Американцы охотно тратят деньги,
если дать им такую возможность.
А у нас всего 14 игровых столов.
Вулворт и Дженерал Электрик работают
по всей стране. Вот в чём секрет их успеха.
Нет больше сорока восьми штатов, есть одна
большая страна. Но эти итальяшки нам мешают.
Значит, их нужно убрать.
С Массариа я разберусь. Это легко.
Но Маранцано...
Не выйдет.
- Итальянцу к нему не подобраться.
- Не проблема.
Мы всё тщательно спланируем.
Введём разделение труда.
У нас есть начальный капитал.
Создадим Национальный трест бизнесменов.
С Советом директоров, как
в Вулворт или Дженерал Электрик.
- Всё будем решать голосованием.
- Голосованием.
За тебя.
Тебе нигде не будет так хорошо, как у меня.
Простите, сеньор, мне надо отлить.
Иди, иди.
Что здесь произошло?
Первый этаж.
Добрый день. Вам на пятый?
- Я ждал минут 15.
- Я опоздал на трамвай, пришлось идти пешком.
Налоговое управление. Налоговое управление. У
нас ордер на ревизию бумаг мистера Маранцано.
- Вы же были две недели назад.
- Подготовьте следующие документы.
Далиц! Скализи! Это ещё что?
- Налоговое управление.
- 0пять? Господи!
- Мистер Сальваторе Маранцано?
- Вы меня преследуете!
Пройдите в свой кабинет.
Почему у вас коричневые туфли?
Что?
А это лично от Чарли!
Ты счастлив, Мейер?
Счастлив? Ты счастлив?
Ты получила цветы?
Нет.
Конечно, получила.
Ты его видел?
0н у врачей, его скоро принесут.
- Сними пальто. Его никто не украдёт, Мейер.
- Ничего, я так посижу.
- 0пять уезжаешь?
- Что?
Да.
- Анна, ты же знаешь, я должен уехать.
- 0станься хотя бы ненадолго. Ненадолго.
- Зачем нам этот ребенок?
- Не говори так, Анна! Хорошо?
А чего же ты от меня ждёшь,
если тебя никогда нет рядом?
Где он?
Мы продолжаем исследования.
Исследования?
0н не только родился на месяц раньше срока.
Мальчик...
0н инвалид.
- Что?
- Что?
Мы до конца не уверены.
0, Господи!
0, Боже.
Господи.
Господи!
Бог нас наказал!
Успокойся.
- Хватит.
- Тише, тише!
0, Господи, за что? За что?!
Мейер!
Мейер! Мой ребёнок!
Вы знаете, нам всё время
задают один и тот же вопрос.
Поэтому я и считаю, что все мы должны
подняться и протестовать. Все евреи мира.
Ведь если Закон о возвращении не касается
меня, то он не касается и других.
Но ведь Израиль - это не парк
отдыха для американских евреев.
Что вы сделали для своей
страны, мистер Лански?
Вы считаете себя американцем или евреем?
Вам приходилось слышать такой вопрос?
И я не могу ответить: А вам какое дело?
Несите три полных мешка денег
и не забудьте поцеловать им перстень!
Кифовер! На нём столько всего. 0н