помню, дорогая,
но я опаздываю на очень важную
встречу с издателем Фионы.
У тебя даже минутки не найдется?
Что?
Правда нет, дорогая, извини,
меня не будет до вечера,
давай потом поговорим, хорошо?
Он так влюблен в нее.
Это настолько очевидно.
Она просто идеально
ему подходит.
Какая она красавица.
Да, это точно…
Сегодня утром я смотрел,
как она причесывается…
она и правда красавица…
— Заткнись! — Что?
Заткнись! Я не хочу,
чтобы ты мне это говорил.
К черту все!
Я хочу, чтобы ты ненавидел ее.
Вот чего я хочу.
Мне вовсе не нужно, чтобы вы оба
были в нее влюблены.
Ну вас к черту.
Эй!
— Что?
— Я же тебя еще интересую?
Да, да, просто…
— Хорошо.
— Да, я знаю, просто все это…
Все, хорошо. Прекрасно. Я готова.
Хватит фигней страдать, я готова.
О боже мой.
Ничего глупее в жизни не делала.
Это такая ужасная ошибка!
Прости. Прости.
Я вела себя, как свинья.
Прости меня…
Ну, это совершенно другая
постановка вопроса, иной формат,
все вещание организовано по-другому —
мы же имеем дело с американцами.
Нам надо поговорить.
Знаешь что, мы с тобой
пойдем в паб.
Сходим в паб,
там и поговорим.
Извини, я тебе
потом перезвоню.
В паб?
Хороший паб.
У нас в Америке мало пабов.
Это такая беспабная страна.
Тебе нравится Карли,
не так ли, Бен?
С того дня, как ты
впервые ее увидел, да?
Да, но знаешь, Алан,
все не так просто…
Да просто. Просто.
Значит, ты не подумал,
что я догадаюсь о том,
что ты специально подстроил все так, чтобы
мы с Фионой оказались вдвоем в пансионе?
Ты знал?
Карли — прелестнейшая безделушка.
Иногда мы сидим,
расстелив одеяло в парке,
я смотрю на нее и поражаюсь тому,
как солнце танцует у нее на лице.
Она, наверное,
тоже на тебя поражается.
Я выпью еще пару кружек.
А потом выйдем на улицу
и маленько выпустим пар.
Ну,
я, пожалуй, пойду.
Хорошо посидели,
а теперь мне пора.
Сердце может привести нас
на незнакомые тропы, Бен.
Незнакомые и каменистые,
ухабистые тропы…
Да…
Да. Каменистые тропы — это
не очень хорошо, так что я пойду…
Я разлюбил Карли еще до того,
как ты приехал в Лондон.
Но я никак не мог
сделать решительный шаг,
а вас с Фионой, казалось,
ждет вечное счастье.
Помню день вашей свадьбы.
Это был самый паршивый день в моей жизни.
Но ты оказал мне
огромную услугу, Бен.
Ты сделал то, на что у меня
не хватило мужества,
и я никогда не смогу в полной мере
отплатить тебе за это,
я серьезно.
Бен, проснись.
— Который час?
— Уже поздно.
Я знаю, что ты сегодня виделся с Аланом,
и знаю, что он тебе сказал.
Нам надо поговорить.
Нам с Аланом надо поговорить
с тобой и с Карли.
Не думаю, что я смогу вынести
еще одну беседу с Аланом.
Но нам нужно поговорить
с вами обоими.
А нельзя это
сделать по телефону?
Хорошая погода сегодня,
не правда ли?
Да…
Прекрасный день.
А ты что скажешь, Бен?
Как тебе сегодняшняя погода?
Мне? Меня устраивает любая погода,
при которой ты меня не бьешь,
уж не обижайся.
Какие могут быть обиды!
Знаешь, я заметил в твоем голосе
какую-то горечь,
меня это расстраивает.
Тебя расстраивает та горечь в моем голосе,
которая касается драки?
Или того, что ты разговариваешь
со мной о нашем браке?
Да, Алан, я вне себя, и мне
хотелось бы знать, что происходит.
Да, ты абсолютно прав. И я думаю,
настал момент поговорить начистоту.
Мы решили, что пора, в конце концов,
поступить правильно.
А правильно — это как?
Правильно будет сказать вам,
что мы с Фионой любим друг друга.
Любите?
Да, мы любим друг друга
и хотим быть вместе.
— Фиона…
— Хорошо, отлично,
потому что мы с Беном
тоже любим друг друга.
Что?
Ну, так прекрасно, значит,
все останутся довольны.
Нет, подождите, постойте.
Фиона, это правда?
Да. Да, мы с Аланом
любим друг друга, очень любим.
Да. Хорошо, прекрасно.
Я ничего не имею против, Фиона,
потому что у нас
с Беном тоже роман.
Он продолжается уже
очень давно.
Значит, все сложилось
именно так, как должно было.
Да, да…
Нет, подождите, подождите…
Да. Мы с Беном трахаемся