Про свои разные груди.
Бекки, ну как ты не понимаешь
- у тебя нормальная грудь.
С ней ничего не происходит.
Все у тебя в голове.
Не говори глупостей.
Ты что, слепая?
Они у меня как лебедь, рак и щука.
Ладно, до завтра.
Нет, завтра у меня выходной.
Тогда до пятницы?
Да. Пока.
- Пока.
- Пока.
Эй, Хрюша.
Ведь все-таки я мужчина.
Но мне не хочется.
Ах, тебе не хочется?
А у тебя кто-нибудь спрашивает?
Эрл, прекрати.
Не надо меня учить.
Я тебя кормлю, плачу за дом.
Я тебя одеваю.
Делай, как я прошу.
Я осторожненько.
Эрл, не надо.
Мне больно. Не надо.
Я люблю тебя, крошка.
Даже с твоим животом.
Ты моя сладкая.
Пирог "Беременная неудачница,
грызущая локти".
Комковатая овсянка
с мятыми фруктами.
Фламбе, естественно.
Что вы тут делаете?
Я взял отгул.
Хотел тебя увидеть.
Ты ужасно выглядишь.
Спасибо.
То есть, ты очень грустная.
Печальная.
Может, вы не заметили сразу:
я несчастливый человек,
доктор Поматтер.
Только не надо меня спасать.
Хорошо, не буду.
Да уж, не надо.
Можно войти?
Нет.
Входите.
И что дальше?
Может, научишь меня печь пироги?
Правда?
Конечно.
С удовольствием.
Иди ко мне.
"Дорогой ребеночек.
Пусть когда-нибудь кто-нибудь тоже
обнимет тебя крепко и долго...
...и больше ничего.
Не размыкая рук,
не заглядывая в лицо.
Без всяких приставаний.
Чтобы это крепкое объятие
длилось и длилось...
...и никаких глупых мыслей".
Теперь - ягоды.
Ягоды.
Ну вот, готово.
Тихо, а то шоколад подгорит.
Ты так красиво готовишь.
Выливаем шоколад, сверху - ягоды.
Сверху - ягоды.
Мама называла этот
пирог "Одинокий Чикаго".
У нее были сотни рецептов,
она давала им странные имена:
"Авторадио",
"Первый Поцелуй Дженны".
Теперь ягоды - клади сам.
Так.
Мама брала меня
с собой на кухню...
...и учила меня печь.
И напевала такие нежные песни.
Ты такая красивая.
- Неправда.
- Правда.
Я толстая.
Ты беременная.
У тебя внутри зреет ребенок.
Нет ничего прекраснее этого.
Он сосет из меня все соки.
Я устала, у меня нет сил. От него
одни проблемы. Я не хочу его.
Я не знаю, как с ним обращаться.
Я - антимама.
И не хочу больше об этом.
Что ты вообще тут делаешь?
У чусь печь пирог "Одинокий Чикаго".
Нет, что ты делаешь в нашем городе?
Жену сюда перевели. Она закончила
медицинский колледж, у нее практика.
Ты с ней счастлив?
Нет, лучше не говори.
Я счастлив - здесь, рядом с тобой.
Хороший ответ.
Мне с тобой спокойно.
И на сердце тепло, что редко бывает.
До тебя я был какой-то дерганый.
А ты у меня - красивая.
Продолжай.
- И сексуальная.
- Еще.
В твоих грустных
глазах - вся моя жизнь.
Класс.
"Дорогой ребеночек.
И вот мы испекли пирог...
...который потом был
съеден Эрлом...
...а я все продолжала этот
сокровенный разговор.
Я рассказывала ему про
мою дорогую мамочку...
...и как она расстроилась бы,
увидев мою теперешнюю жизнь.
Я рассказала ему про Эрла,
как он изменился...
...и я его стала бояться.
Рассказала, как мне одиноко
со своими страхами.
Это было так здорово...
...разговаривать с человеком,
которому не все равно.
У меня до тебя не было настоящих
друзей. Кроме мамы, конечно.
Ты стал мне лучшим другом.
У меня для тебя кое-что есть.
Подарок.
- Подарок? Мне?
- Да.
Надеюсь, это не связано с ребенком.
Нет, это лично тебе.
Одну секунду.
Да?
Ничего страшного.
Да.
Нет, миссис Хестер, не волнуйтесь.
Принимайте обезболивающее
и антибиотики.
О, Боже.
Ничего страшного.
Если будут какие-то
проблемы, звоните.
Ну, что вы. Всего хорошего.
Ну, как?
Ничего красивее в жизни не видела.
Это специально для тебя.
Это же стоит кучу денег.
Ничего особенного.
Не стоило беспокоиться. Мне не
купить тебе такого шикарного подарка.
И не надо.
Почему вы решили купить
это мне, доктор Поматтер?
Ты сама знаешь.
Нет, не