Даже шлюхи так не делают.
Может, им платят не за то, чтобы с ними спать,
а только за то, что с ними.. Я иду домой.
Привет. Привет, Принц.
Это я.
Ты меня помнишь? Это Фони.
Ты меня не забыл?
Я хотела приехать тебя навестить.
Привет.
Я вас не видела 3 или 4 месяца.
Принц по вам скучал. Он немного приболел.
На него напали птицы, чуть было не заклевали.
Он даже не сопротивлялся.
Потому что ручной.
Точно так же ведут себя и люди, правда?
Кажется, у вас звонит телефон.
После того, как они погибли,
я пыталась покончить собой.
На мне была красивая одежда.
Мама бы гордилась мною.
Ты знаешь, что я ей звонила?
Да.
Я хотела ей сказать, что погибли дети.
Мама, это Фони.
Прошло 20 лет. За 20 лет ни одного звонка.
Ока сказала: "Ч никого не знаю по имени Фони"
А потом положила трубку, сука.
Зачем они только выбили дверь?
Даже медсестра мне сказала,
что сердце почти не билось.
После первого электрошока ни одного удара.
Почему мне не дали умереть?
Или, может быть, они все таки правы?
Я думаю, что я сделала ошибку этим утром.
Фони Фарли сторожит твой дом.
Я просто.. просто тебя жду.
Как ты?
- Я волновалась.
- Мне надо было прогуляться.
Слушай...
Прости.
Все, что я сказала и сделала, это...
Ты права. То, что было со мной,
это ерунда по сравнению.
Нет. Ты потерял жену,
потерял работу, все потерял.
Ты теперь живешь совсем в другом мире.
- Это не ерунда.
- Может быть и так.
Но горе нельзя измерить.
Да.
Я купила тебе пончики.
Они из специального мазагинчика.
Очень вкусные.
Слушай, если ты хочешь... если
ты хочешь, чтобы я ушла,
то я это пойму, потому что я...
Я понимаю и я не буду тебя винить.
- Почему ты улыбаешься?
- Я рад тебя видеть.
Я тоже. Я тоже рада.
Мне нужно кое-что тебе сказать.
Для меня это казалось невозможным,
особенно то, что такой человек, как Коулман,
погиб, как говорит полиция, в
результате несчастного случая.
Чем больше я об этом думал,
тем больше я понимал, 
что Коулман и Фони погибли не без
участия Лестера и его автомобиля.
Во сколько вы сели в машину?
До рассвета.
- А зачем вы туда сели?
- Чтобы найти его.
- Кого?
- Этого еврея.
- Зачем он вам был нужен?
- Так нужно было.
Вы хотели его убить?
Да. Убить всех.
Я это и хотел.
- Значит вы все спланировали?
- Нет.
- Но вы осознавали, что вы делаете?
- Да.
И ничего не планировали?
Нет.
- Вы думали, что находитесь во Вьетнаме?
- Нет.
А о чем вы думали? О расплате?
Нет.
Вы хотели отомстить за что-то?
Нет. Не хотел.
- Вы были подавлены?
- Нет, у меня не было депрессии.
- Были рассержены?
- Нет.
И все таки вы поехали прямо на них.
Я их не убивал.
Я не убивал.
Они сами разбились.
- И что вы думаете?
- Я обращалась в полицию и
они подтвердили, что на месте катастрофы
не было следов столкновения.
Я думаю, что у Лестера
Фарли спутанные сознания.
Он несет полный бред.
Меня зовут Херб Кибл.
И я был на стороне тех, кто
выступал против защиты Коулмана,
когда его обвинили в расизме.
Коулман, я не могу тебя поддержать.
Вот так я и сказал. Мне очень стыдно за это.
Мне надо было выступить и спасти
его тогда. И сказать то, что я говорю сейчас.
Я говорю в присутствии моих коллег.
Таких вещей больше нельзя допустить. Нельзя.
Коулман Силк и его жена Айрис
были преданы бесчувственным
и нечестным обществом.
Я был частью этого общества.
Как и все мы с вами.
Миссис Кибл.
Меня зовут Натан Закерман. Я друг Коулмана.
- Я слышал, как говорил ваш муж...
- Я не миссис Кибл.
Коулман Силк, 1944, Ист Орандж
Вы?
Я сестра Коулмана.
Айрис. Красивое имя. И когда свадьба?
14го июня.
Ты ей все рассказал?
Расскажешь?
Ты опять пригласишь ее на ужин?
Я сказал ей, что мои родители мертвы.
Мертвы?
У тебя нет брата, нет сестры?
Нет Эрнестин, нет Уолтера?
Я не хочу быть Коулманом Силком,
так называемым негром.
И так будет всегда, мама.
Ты это знаешь, и я это знаю.
Для меня никогда не было различия
между черными и белыми.
Ты для меня золотой ребенок.