почти на 30 процентов.
Так, так, так. Я продаю оружие.
Не наркоту.
Диверсификация.
Есть же принцип:
нет денег, нет товара.
- Ты с кем говоришь?
- Что ты задумал?
- Пошел ты!
- Пошел сам!
Не надо никому ссориться.
Мы что-нибудь придумаем.
Нет, Вит! Договорились, договорились!
О, черт!
Первое и главное правило
торговца оружием -
не получать пулю
из собственного товара.
- Как ты?
- Нормально.
- Что будем делать?
- Отметим.
Наркобарон был, в общем, прав.
Доставив кокаин в Штаты и сбыв
его, я получил хороший навар.
Он был бы еще лучше,
продай я на килограмм больше.
Виталик, Вит.
До сих пор не понимаю,
от чего бежал Виталий.
Может, от самого себя.
Я нашел его
через 1 2 дней за 2 тысячи миль
в дешевой боливийской гостинице.
Он уже пропустил через себя
1 50 грамм порошка.
Разумеется, девушка моей мечты
опередила меня и там.
Виталий!
Черт! Юрий.
Это мой брат Юрий.
Мой старший брат.
- Что за черт!
- Украина.
Я был мал, но я помню.
Видишь, я начал с Одессы,
а потом пошел в сторону Крыма.
Да ты сдохнешь, не успев дойти до
Киева.
- Собирайся, едем домой, давай.
- Ты сволочь!
Подлая сволочь! Подлая сволочь!
Чего тебе надо?!
Поехали, брат.
Юрий, как хорошо дома.
Еще бы, дома славно. Давай.
Выходи, брат.
Виталий, ты должен выйти из
машины.
Я обещал родителям.
- Прошу.
- Время пройдет незаметно.
Заведение лучшего разряда. Тут
лежат супермодели и дикторши с
телевидения...
Боже, прошу тебя...
Умоляю, дай, Юрий.
Ты хороший брат.
- Ты хороший брат, Юрий.
- Ладно, ладно.
- Мой добрый брат.
- А теперь выходи, давай.
Выходи.
С тех пор я работал в одиночку.
Я никогда не понимал, какая разница
междуу любителем расслабиться
и законченным наркоманом,
но бог свидетель, я сам вполне мог
оказаться на месте моего братишки.
Впрочем, у меня тоже было
свое неотвязное пристрастие.
Все та же Эва Фонтейн.
У нас говорят: ээШила в мешке не
утаишьээ.
И я, и она по-своему завоевали мир.
Влюбить в себя насильно невозможно,
но повысить свои шансы можно вполне.
Я потратил 20 тысяч, чтобы вызвать
ее на фальшивую фотосессию.
И еще 1 2 на аренду всего отеля.
Популярный отель, да?
- Эва Фонтейн.
- Юрий Орлов.
- Отдыхаете здесь?
- Фотосессия.
Так вроде планировалось.
Наверное, фотограф застрял в Майами.
Ураган, хотя прогнозов не было.
Порой они налетают внезапно.
В общем, работа отменяется.
Рейсов в Нью-Йорк не будет до
вторника.
Можете полететь со мной.
Я отбываю завтра.
Ну, а пока...
Может, я Вас сфотографирую?
По моему опыту, самые лучшие отношения
часто основаны на лжи и обмане.
Поскольку этим они кончаются,
логично с этого и начинать.
Вот так, вот так. Подождуите.
Боже ты мой!
Я чуть не разорился,
пуская пыль ей в глаза.
Я знал, что Эва не из тех женщин,
кого можно соблазнить
полетом на частном самолете,
если ты не хозяин самолета.
- Это Ваш самолет?
- Ну, это моя фамилия.
Конечно, я врал. Самолет я взял
напрокат, а также машину и костюм,
что был на мне.
В последнюю минуту я подкупил
летчиков, чтобы они поработали
малярами.
К счастью, после посадки,
Эва смотрела только на меня.
Я понятия не имел.
- Простите, что не узнал Вас.
- Не извиняйтесь.
- Я зарабатываю тем, что одеваюсь.
- Ну, хотя бы не тем, что
раздеваетесь.
Пришлось бы, если дать волю
фотографам.
- А вы кто?
- Я занимаюсь перевозками.
В основном, междуународные авиарейсы.
Бизнес - это здорово.
- Откуда вы?
- Родился на Украине, но вырос в
Бруклине.
- Неужели?
- Что? Вы тоже?
Уильямсбург.
Ну, выпьем за ураган.
Без него я бы Вас не увидел.
Это не случайно, да, Юрий?
- Может, это судьба?
- Я не верю в судьбу.
А во что верите?
- Тебе нравится такой вид?
- Нет слов.
Спасибо. Спасибо вам всем.
- Мазелтов.
- Поздравляю.
Спасибо.
Всегда помни, сын, есть кое-что над
нами.
Конечно, папа,
хрустальная люстра за 40 тысяч.
Будьте, как дома, входите.
Входите.
Я понимаю, тебе грустно.
Было бы неплохо иметь
с моей стороны пару гостей.
- Они смотрят на нас.
-