еще какие-нибудь жители с четырьмя конечностями.
Чтобы дать им время убежать и спрятаться где-нибудь.
Но вы не обязаны этого делать!
Защита от насекомых!
Но здесь нет...
- Подождите, но здесь нет...
- Линий? Прямых линий?
Линий, которые движутся? Линий метро?
Стен. Между кроватями нет стен.
Ну, я пойду прогуляюсь!
Что ж, если тут прячется какая-нибудь живность, может и лучше, что мы будем спать все вместе.
Подождите!
Теперь вы как в сказке про трех медведей будете проверять каждую кровать? Здесь все матрасы испорчены, так что ложитесь на любую.
100, 50, 170, 80...
Франсуа живет неподалеку?
Франсуа?
Он живет вон там.
У него кто-нибудь есть?
Что? Вы можете мне сказать об этом.
Потому что, если честно, Франсуа для меня уже в прошлом.
Нет, правда. Меня уже не беспокоит, что у него происходит в жизни.
"Нет уточки".
Если вам что-нибудь понадобится, дайте мне знать.
Это мышка издает такой звук?
Нет, это моя пипетка!
- Ради бога, не надо нас посвящать в детали вашей физиологии!
- Да нет же!
Вы не так поняли! У меня просто сильно заложен нос!
Мы окончательно заблудились...
Итак, по всей видимости, его хижина находится где-то тут.
Так, здесь у нас север или северо-восток.
Значит, нам нужно прочесать сектор в 20 градусов.
Я не знаю, что ты здесь делаешь, но у тебя есть пять минут, чтобы убраться отсюда и делать это где-нибудь подальше от моего леса.
Его леса?
Нет, ты за кого себя принимаешь? За Робина Гуда? Извини, но это не твой лес.
Так что разыгрывай из себя маленького бобра где-нибудь в другом месте. Потому что природа принадлежит всем...
...и деревья – это в том числе и мои друзья.
Все, что ты знаешь о деревьях, Птенчик, это то, что из них делают бумагу для твоего журнала и стикеров, которые ты везде расклеиваешь.
Я не знаю, что меня больше раздражало в Франсуа...
...категоричность, с которой он что-то утверждал или его манера называть меня "Птенчиком", когда он что-то утверждал.
Не называй меня "Птенчиком", ладно?
Давайте мы сейчас не будем устраивать римейк ваших разборок.
- Так что вы достаете бумаги, а ты их подписываешь.
- Бумаги?
Сейчас объясню.
Поверь, Франсуа, я тоже очень "рада" тебе и этой очаровательной встрече. Так что обойдемся без лишних любезностей.
Ты подписываешь бумаги, и мы уезжаем.
Значит, без любезностей?
А я, было, хотел пригласить вас на чашечку чая.
Чая?
- Раньше ты называл чай "водой из английских чашечек".
- Это было в прошлой жизни.
Ну, так как насчет чая?
- Мой адвокат господин Лафон все тебе объяснит.
- Да.
Речь идет о вашем праве на личную жизнь, провозглашенном девятой статьей гражданского кодекса, и...
В общем так. Элиза собирается выпустить сборник своих статей, и все, что от тебя требуется, это...
Это ничего не делать.
Я писала о тебе далеко не во всех статьях.
Только в десяти из них.
Ну... Может, в пятнадцати.
В двадцати шести.
Хорошо.
Что хорошо?
Хорошо, я подпишу.
Ты можешь публиковать все, что хочешь.
Хорошо?..
Хорошо.
Хорошо...
Что ж, мы пойдем немного подышим... твоим свежим воздухом.
Пока господин Лафон будет заниматься оформлением документов.
Ваш экземпляр документов.
Ну вот, а ты думала, что он будет ломаться! А дело оказалось – раз плюнуть.
Здесь настоящий ад.
Франсуа как-то не слишком успешно преодолел 35-летний рубеж.
Нет, правда!
У него изменилась линия подбородка!
Что значит "изменилась линия подбородка"?
Он попросил, чтобы ему дали сутки на изучение документа.
Сутки на то, чтобы прочитать пять страниц?!
Он издевается над нами.
Он обладает  неотъемлемым правом потребовать достаточное количество времени, чтобы тщательно изучить документ.
И что мы будем делать, пока ждем?
Ждать.
- Можно?
- Угу.
Вот черт!
Мне показалось, или тебе сегодня нанесли визит вежливости?
Я сейчас не о твоей англичанке говорю.
Сэм – не "моя" англичанка, Жермен.
А Элиза никогда не была "моей" француженкой.
Выпьем пива?
Что делают люди, которые здесь живут, чтобы поменять дату вылета?
Они подают дымовые сигналы?
- Смотрите, я