нашел мышеловки под одной из кроватей в нашей комнате.
- Э, нет! Нет.
Вы можете говорить "комната" или, например, "эта комната".
Но никак не "наша комната".
Потому что, если вы говорите "наша комната", то можно подумать, что мы намеренно живем в ней втроем.
А это даже не из области ваших мечтаний.
Да что вы знаете о мечтах других людей?
Я... Я нашла равиолли в шкафу.
Кто-нибудь хочет?
Нет.
Ты никогда мне не говорил, что она такая хорошенькая, твоя француженка. Которая сейчас не твоя.
- Пока не твоя.
- Нет.
Только не пытайся нас свести.
Потому что, во-первых, ее больше нет в моей жизни.
А во-вторых, меня никогда по-настоящему не было в ее жизни.
Я был просто занимательной историей...
- Хорошим сюжетом для ее колонки.
- Нет, ну ты придираешься по пустякам!
Ну и что с того, что она писала о тебе в своей колонке!
Она не признавалась мне в любви, а только писала об этом в своем чертовом журнале!
Я и еще сто тысяч человек читали это в одно и то же время.
- Я хочу, чтобы мне смотрели в глаза, когда говорят "я люблю тебя".
- Зато, думаю, твоей англичанке...
...уже не терпится посмотреть тебе в глаза, чтобы это сказать.
Отношения между мной и Сэм находятся на совершенно другом уровне.
Разговор окончен.
Тем не менее, мое сердце мне говорит, что тебе было бы лучше с твоей француженкой.
Потому с ней это была, во всяком случае, история любви.
- Хочешь знать, что мне говорит мое сердце, Жермен?
- Да.
Что не Элиза скажет, а точнее напишет, последнее слово в этой истории.
Элиза, ты плачешь?
Это все из-за большой разницы во времени!
Это давит на наш мозг, и жизненного тонуса в нас остается не больше, чем в чахлой  мидии.
И нам очень не хватает Парижа.
Но главное – это то, что твоя книга будет опубликована, как и планировалось.
Ему совершенно наплевать на то, что я делаю.
Он так сказал это "хорошо"...
...будто я просто поинтересовалась, не хочет ли он на ужин пасту.
Он сказал: "Хорошо".
Никогда не думала, что однажды я буду значить для него не больше, чем тарелка макарон с томатным соусом.
Ты и так уже достаточно слез пролила из-за него, когда он ушел. Давай сейчас ты не будешь плакать из-за тарелки макарон с томатным соусом.
Давай, спи.
О, черт! Вас укусил...
...мамонт.
Обезболивающая мазь... Нет... Противогрибковая мазь... Не то...
- Лидокаин... Тоже не то...
- Когда вы не заняты основной работой, вы грабите аптеки?
Что вас так веселит?
Ничего.
Но... Согласитесь, всюду брать походную аптечку первой помощи, которая весит по меньшей мере 10 килограмм... Это необычно.
Насколько я знаю, нет ни одного закона, который запрещал бы человеку быть необычным.
Я в ванную.
Ванную.
А, черт! Черт! Черт!
Кошмар...
Я на озеро.
Ненавижу озера!
И эти отвратительные скользкие водоросли, которые растут в озерах, тоже ненавижу!
Я ненавижу бескрайние просторы!
И свежий воздух, который пахнет так же, как воздух в морозильной камере моего холодильника!
Но еще больше я ненавижу то, что я забыла гель для душа!
Я тебе сообщаю, что я собираюсь купаться.
И что с твоей стороны в высшей степени вульгарно этим пользоваться, чтобы за мной подглядывать!
Я тебе сообщаю, что я уже видел, как ты принимаешь ванную.
И даже несколько раз принимал ее вместе с тобой.
Отвернись!
- Ты прочитал бумаги?
Бумаги?
Не строй из себя идиота, Франсуа.
Бумаги для моего издателя.
Ааа, эти бумаги...
Я хотел их прочитать, но...
Я забыл.
Все иногда что-нибудь забывают, так ведь?
Я собиралась тебе это сказать! Но я забыла.
Все иногда что-нибудь забывают, так ведь?
- Завтра.
- Завтра.
Завтра.
Мы вправе потребовать от него ответа сегодня.
- Я не понимаю, почему вы не настояли...
- Потому что он именно этого и добивался!
Элиза, давай ты не будешь играть с ним в войнушку, когда мы уже в миллиметре от того, чтобы выиграть дело!
Ты уже разберись, чего ты хочешь! Вчера Франсуа был замечательным, а сегодня уже не очень.
- Хорошо.
- Хорошо.
Завтра я буду валяться в грязи и умолять его на коленях, чтобы он подписал бумаги.