отделом Рима...
И теперь я мистер Цезарь. Очень мило...
Так, я слажу с этих качелей, надоело.
Приведите мне моего коня.
Спасибо, так много лучше.
А стальные полукруги у нас прибиты?
Римская история пленяет нас.
Потому что две тысячи лет назад они убили много людей.
Ну, две тысячи лет назад. Кто старое помянет, тому глаз вон.
Пусть бигоны будут бигоны.
Что бы ни значили эти бигоны.
Это очередная поговорка.
Пусть бигоны будут бигоны.
Что за бигоны? — Ну штука, которая будет бигона.
Забудь, да.
Некоторые поговорки верны!
Что если вы бьете кого-то: — Че это за хуйня?
— Это бигоны!
Остались тут...
Не ори на бигонов.
Смотри, бигоны!
Вторжение ебаных бигонов.
Неплохо, да: »Вторжение бигонов«.
Они такие: »Нет-нет, мы вам не надоедаем«.
Очень британское вторжение: »Ах простите...
Мы злоупотребляем вашим гостеприимством...
Мы были раньше имперскими ублюдками
Но теперь мы стали вежливыми. Здраствуйте«.
Так. Назад, В Древний Рим.
Люди умирали, и были профессиональные плакальщики.
Это ужасно непонятная идея.
— Мой муж умер. Мистер Клавдиус умер.
— О боже.
— А какой боже?
— Юпитер. —  Все в руках Юпитера.
Не в чьих-то других руках.
Я сделаю это еще раз: »О, боже!«.
Блять. Забудьте.
Врежем это.
— Мой муж умер. Мистер Клавдий умер.
И что-то маловато горя в этом доме.
Мало, чтобы оправдать его смерть.
Я приправлю эту боль.
Раб, шли сообщение в »Мир плакальщиков«.
Скажи, что я приправлю эту боль.
Да, пусть бигоны будут бигоны.
Вот 10 динариев за беспокойство.
И отдавай обратно, раб, ты чо думал?
И приходит такой спокойный парень.
»Добрый день, мистер Марселий, я из «Мира плакальщиков».
Ваш бесплатный образец«.
— Это так впечатляет...
— Да...
— Мы можем обеими руками... Амбидекстры.
— Ах, мистер Клавдий умер! Какое горе! Великий человек... великий?
— Думаю да. — Значит великий.
Великий и большой человек.
— На этой неделе мы предлагаем несколько видов похорон.
Специальные предложения.
Есть недорогой вариант, мы называем его »О, халява, он умер«.
Это наши скидки, всего 25 динариев.
Мистер Клавдий просто здесь,
я просто иду в 10 метрах за ним.
И просто прогуливаюсь.
О, халява.
Это похороны »О, халява«. Никакого беспокойства.
Закапываем его, и никаких проблем.
За 50 динариев мы с Флавием
немного впрягаемся в похоронный кортеж, немного плачем:
»Уо, трагедия! Он был великий человек!«
Нам в этом случае понадобится CV.
Он делал джем...
Играл на укулеле...
В квартете Джорджа Формби...
И мы будем тыкать людей палкам, чтобы они больше плакали.
— Давайте, рыдайте, ублюдки!
Это за 50 динариев.
А за 100 динариев мы вчетвером
Плавно опускаем тело в землю...
А потом хуяк его об дерево!
Этот конец не очень аутентичный, да?
Просто чтобы закончить эту тему.
Я начал хуячить его об дерево.
А все смеются, и я поэтому продолжаю:
Это юмор для вас.
Мы все печалимся о, типа,
Ну, похороны, смерть.
Мы скорбим в таких случаях. Хотя отпраздновать окончание жизни — это совсем другое чувство.
И я подумал: »Хуяк бы об дерево«.
Вы б хотели умереть и быть отхуяченным об дерево?
Жюри бы понравилось...
Просто подумайте об этом. Доставьте немного веселья...
»Ой, не попали, давай еще разок«.
Двойные похороны.
Похороны в ночь костров.
Это наша возможность. Мы могли бы делать так, если б хотели...
Возвращаемся в Древний Рим.
Плиний младший писал письма.
Он был писателем писем.
Офигительная профессия, да?
»О, мне нужно написать сегодня несколько писем.
7 апреля, так...
Он просто отправлял открытки: «Превед. Пака».
Люди реально отправляют эти сраные открытки.
«Я здесь. Ты не здесь. Пока!».
Или начинаешь что-то интересное писать, сверху открытки.
И начинаешь:
Неважно. Не знаю, писал ли Плиний на открытках.
Но он писал из Везувия.
Когда было извержение Везувия на западном берегу Италии.
В 80 бла-бла-бла.
A.D. — это витамины.
Нет, это было в 79 AD, да?
В это время он был там. И писал:
«Дорогой папа! Я здесь, у Везувия, он извергается пока я пишу.
Блять пиздееееец!
Забери меня