что то скрываете,
неправильно преподносите.
Чтобы они могли отменить полис.
Или задрать расценки так высоко,
что вы не расплатитесь.
И если мы не находим чего то,
что вы сокрыли при обращении.
Вас все равно ещё можно достать
через предшествовавшие заболевания.
Потому что и необязательно,
что вы обращались за мед помощью.
В некоторых штатах,
законно то, что называется
" Предшествовавшие Заболевания
Благоразумного Человека".
Это непроизносимое. Я знаю.
Но гласит оно следующее.
Что если до страховки,
у вас были симптомы, при которых
нормальный благоразумный человек
станет искать мед помощи.
Тогда, условия в которых этот
симптом был симптомом
исключаются.
Знаю!
Это запутанно. Не правда ли?
Но так всё работает.
Они должны быть честными и справедливыми.
Но в этих компаниях
это же их чёртовы деньги!
Так что это не непреднамеренно.
Это не ошибка.
И не по недосмотру,
вы провалились в щель.
Кое кто сделал эту щель
и толкнул вас в неё.
С намерением максимизировать прибыль.
Оглядываясь назад, я не знаю,
убил ли я кого-либо?
Нанёс ли я вред чьей либо жизни?
Да.
Адское да.
Я не долго работал на страховые компании.
Но я не думаю,
что это искупает
моё...
участие в этом бардаке.
И я рад что я вылез оттуда.
Джули Пирс боролась,
чтобы оказали мед помощь
её мужу Трейси.
Страдавшего от рака почек.
Джули работает в интенсивной терапии
медицинского центра Сент Джозефа.
В Канзас Сити, Миссури.
Обеспечивавшего её семью
медицинским страхованием.
Каждый месяц врачи хотели попробовать
новое лекарство.
Моя страховка отказывала мне.
В одном письме говорилось,
что в этом нет медицинской необходимости.
В другом, что это не от этого типа рака.
И они отказывали.
И потом мы подошли к пересадке костного мозга.
Оказалось, что можно остановить.
А иногда, совсем избавиться от рака.
Врачи Трейси сказали, что это лечение
было успешно опробовано
на многих других пациентах.
Если один из братьев окажется
подходящим донором,
они обещали, что лечение костного мозга
победит рак Трейси.
Через 2 недели,
мне звонит медсестра и говорит:
"Пришли результаты. Его младший брат -
идеально подходящий донор".
Мы были в экстазе.
Знаете,
думаю таким счастливым
я его не видела
очень давно.
Ну и,
мы подписали, а они отказали.
Сказали что это экспериментальное.
Так я узнала, что есть комитет доверенных лиц
над медицинским планом
работавшим в моей больнице.
И они принимают окончательное решение о том,
что будет разрешено.
И что не будет разрешено.
Джули и её муж,
и их сын, Трейси младший,
потребовали встречи с комитетом
доверенных лиц медицинского плана.
Теми людьми, во власти которых
было одобрить их требование.
Они сказали Джули,
что сочувствуют
её ситуации.
Я сказала: от вашей симпатии мне
ни горячо ни холодно
если я похороню его на следующий год.
И я сказала им, я сказала, что если бы я была...
Брюс Ван Клиф был нашим
исполнительным директором, я сказала,
что если бы это была жена Ван Клифа,
они бы одобрили?
Нет, ничего подобного!
И я сказала: или если бы мой муж был белым...?"
И я встала и вышла из комнаты.
Когда мы приехали домой,
я нашла его в ванной.
Постучала в дверь и спросила
"Что ты там делаешь?"
"Ничего". И я открыла дверь.
Потому что обычно, он бы сказал:
"А чего ты думаешь, я могу тут делать?"
А он сидел там и плакал.
И сказал: почему я?
Я же хороший человек.
И я сказала:
"Мы ещё не закончили этот бой".
Мы же сильные, да.
А он сказал...
Знаешь, говорит,
теперь я знаю, что умру.
Он сказал:
Я могу оставить всё в этом мире.
Но не хочу оставлять Трейси и тебя.
Врачи сказали мне что он умрёт через
три недели.
И...
13-го января, на мой день рождения.
Он лёг спать.
И через 5 дней умер дома.
Он был моим лучшим другом.
Моей половинкой.
Он отец моего ребёнка.
Мы хотели состариться вместе.
А они забрали это всё у меня.
Я хочу знать