Готово.
- Не дурно...
- Это от капиталлистов, которых мы прогнали.
Трофеи победителя?
Точно!
- Ты красиво поёшь. Где выступала?
- В Берлине. Что-то вроде кабаре.
- Надо было петь дальше.
- Перестали приглашать.
А ты брюнетка.
Но сейчас в моде блондинки.
Порой светлые волосы помогают выжить,
если ты еврейка.
Ну да и что?
Это еврейское?
Это еврейское?
И тут блондинка.
Ты перфекционистка.
Эй, Эллис! Заходи.
Я уже все.
Тоже тянет пописать после траха?
Ты здорово пела.
Мюнце тебя нанял?
Ты ведь работу ищешь?
Нет. Хотя, я не против.
Но в нацистки я не гожусь.
Да уж, я тоже.
Но в чем-то они правы,
Голландия - задворок Германии.
Мы даже говорим на немецком диалекте.
Геринг сказал.
- Ого, мыло... настоящее.
И хорошая еда и выпивка.
Чего еще желать?
- Ронни?
- Постарайся обаять своего колбасника.
- Ау, Гюнтер! Я здесь!
- Ронни?
О-о-о...
- У вас лесбийские игры?
- Вот уж нет.
Мы говорили о делах.
Эллис тоже хочет здесь работать.
А-а-а...
Певица с немецким не пропадет.
Надо только... пройти медосмотр.
А, у нее со здоровьем, порядок.
Нет, нет, нет...
это только для гауптштурмфюрера Мюнце.
- Где ты была?
- В туалете.
- Встретила Франкена и он предложил мне работу.
- Хорошая идея.
Скоро день рождения фюрера.
Я видела фото... у тебя семья.
- Прелестные дети.
- Были.
И жена тоже.
Уже нет?
Нет. Теперь нет.
Геринг клялся, что ни одна бомба не упадет
на землю германии.
В один из налетов, Кристина с детьми была
в бомбоубежище.
И прямо туда... упала бомба.
Не иметь никого... тяжело.
Да... я знаю.
Тебе, наверное, это как музыка.
Шш...
Ничего и не сказал.
Я не знаю.
Кто-то подсунул в грузовик оружие.
Ты- навозная кучка на пути к победе
великой Германии.
Через пару недель, вас прикончат русские.
И тебя, и твоих громил.
Раз - за тебя.
Два- за геноссе Сталина.
- Сволочь!
- Какой язык паганый.
Прополощите ему рот.
Задержал дыхание.
Вира.
Я развяжу тебе язык.
- Мы тут одни?
- Да. Остальные девушки сбежали в Германию.
Иди, садись здесь, рядом со мной.
Так веселее.
- Вот, перепечатать пятнадцать копий.
- Гюнтер, да ты же весь мокрый!
Ничего, это вода.
Делайте, это еще не все.
Буду печатать, ты - диктуй.
Только кольца сниму.
Мешают работать.
- Настоящие?
-Да. А как же...
подарок от Гюнтера.
Красиво?
- Да, "Сезам".
У него брюликов целый ящик.
Ну, ладно...
Начнем.
Эллис? Диктуй.
-"Террорист Тимотеус Кайперс сделал следующее:
- Можно быстрее.
...сделал следующее заявление:
Я член коммунистической ячейки..."
возглавляемой моим отцом Гербеном Кайперсом...""
Тоска.
Нет! Нет!
Эллис?
- Зачем вы здесь?
- Пришел поговорить о правосудии.
- Нашли место.
- Бойцы сопротивления тут.
- Как юрист я пытаюсь помочь им.
- Беседуя с Франкеным? Глупая затея.
Это Тима микрофон.
Как вы узнали, что я здесь?
Я не склонен вас недооценивать.
Мюнце хороший человек, согласны?
Не поможешь?
Украшаем холл к дню рождения фюрера.
- А, герр Смаал.
Уже пришли? Заходите.
- Благодарю.
Нет, нет, нет, рояль ставьте туда.
Эллис, тебе.
- Да, спасибо, герр Смаал.
- Нет, еще правее.
- До свидания.
Выглядит чудесно.
И еще.
Не забудьте фюрера подсветить.
Добудьте подсветку.
Гауптштурмфюрер!
Приказ о казни троих террористов.
- Расстреляем завтра.
Позвольте подпись?
- В этом нет нужды, отставить расстрел.
Они признались, взяты с поличным.
есть приказ - террористы,
подлежат расстрелу.
А вот это мне решать!
Раз я сказал, казни не казнить,
значит их не казнят.
Свободны.
Хайль Гитлер!
Дела... уже кидаются друг на друга.
Так и нам перепадет.
Да.
За мной, вот сюда.
Эллис?
Эллис?
Я сейчас - одну минуту.
- Что ты тут делаешь?
- Хочу порадовать Франкена.
- Самый красивый - тебе.
- Приятно.
- Ты со мной?
- Я хотела забежать домой.
- А...
- Приедешь вечером?
- Ну конечно... приеду.
просто мне надо переодеться.
- О, мой дорогой!
- Тигрица...
Мой тигреночек...
Мой тигренок... Мой тигренок...
Ронни, мой тигренок...
Ронни, мой тигреночек...
- Ух,