ты.
Травма-то не у меня.
Сломанный нос -
это не так уж больно.
Зачем ты мне об этом
рассказываешь?
Да просто так.
Зато другие раны
бывают очень глубоки,
почти до самой кости.
И что бы вы с ними ни делали,
они все равно
продолжают кровоточить.
Вы написали
письмо своей дочери?
Пишу каждую неделю.
Я даже не представляю,
зачем вы ходите в церковь.
После того, как она нокаутировала
12-ю противницу подряд,
Фрэнки получил несколько
очень выгодных предложений.
И первым было предложение
организовать бой
против Билли Остерман
по прозвищу "Синяя медведица"
во 2-м полусреднем весе за звание
чемпионки мира по версии "Дабл-ю-Би-Эй".
Раньше Билли была проституткой
и жила в Восточном Берлине.
У нее была репутация самой большой
любительницы грязных трюков
среди всех бившихся
на ринге женщин.
Казалось, ей наплевать,
что один из этих приемчиков
может лишить соперницу жизни.
Но зрители ее любили.
Он отверг это предложение,
даже не сказав о нем Мэгги.
Следующей на очереди
была чемпионка из Британии
ямайского происхождения,
которую только что побила Билли.
Алло?
Меня это не интересует.
Он отверг и ее.
Это же большие деньги, босс.
Ты неплохо зарабатываешь. Почему
ты до сих пор здесь работаешь?
Речь шла о титульном бое, верно?
Разве ты живешь в Британии?
Тебе этот титул все
равно не дадут.
Ей нечего терять.
А тебе ничего не выиграть.
И все равно мог бы
получиться неплохой бой.
Да. Я только что перевел
тебя во второй полусредний.
Тебе уже не нравится биться
со всеми этими претендентками.
Ты хочешь встретиться с чемпионкой,
у которой не сможешь отобрать титул?
Не замечала, что я дерусь
лишь с претендентками.
Ты можешь в любое время
взять себе другого менеджера.
На самом деле, как только ты
научишься лучше прикрывать лицо,
мне не придется отказываться
от таких денежных предложений.
Вы считаете, что
мое лицо открыто.
Удивительно, что меня до сих
пор никто не нокаутировал, босс.
Ну все, хватит
на сегодня тренироваться.
Я заказал нам столик.
А сейчас иди в душ.
Это вам. А это вам.
Что это?
Мы все и так прекрасно знаем,
о чем ты мечтаешь.
Так что задувай свечку.
Спасибо.
33 года - это не смертельно.
Я дрался и в 39.
А всего провел на ринге
23 года своей жизни.
Как дела, Скрэп?
Неплохо, Микки. Неплохо.
- Что желаете?
- Кофе.
Не хочешь поздороваться?
Я его не знаю.
Я познакомился с Фрэнки
сразу после своего 37-летия.
Он работал специалистом
по рассечениям.
Он помогал мне тогда,
когда казалось,
что ничего сделать уже нельзя.
Приятно, когда в твоем углу
есть такой человек.
Да, это точно.
Он и во время моего самого
последнего боя в Сан Берду
был рядом. Менеджер меня бросил,
пошел куда-то пить.
Остались только мы с Фрэнки.
Меня тогда здорово отделали.
Каждому боксеру суждено провести
определенное количество боев.
Но никто заранее
не знает это число.
У меня хватило сил на 109.
Но я не хотел
признавать поражение.
И вот в четвертом раунде
я получил рассечение.
Кровь стала заливать мне глаз.
В этот момент бой нужно
было прекращать,
но, черт подери, я был черным,
приехал в Сан Берду.
И я сам жаждал крови.
Раунд за раундом Фрэнки
старался заклеивать рассечения.
Он говорил, что пора
выбрасывать полотенце,
но ведь он не был моим менеджером,
и он не мог этого сделать.
Раунд за раундом он
со мной спорил,
и я уже начал смеяться,
ведь, черт подери,
он переживал сильнее, чем я.
Я продержался все 15 раундов
и проиграл только по очкам.
А на следующее утро
ослеп на один глаз.
За все 23 года нашего знакомства
он мне ни разу об этом не напомнил.
Да ему и не нужно мне
ничего говорить.
Каждый раз, когда он смотрит на
меня, я вижу это в его глазах.
Почему-то Фрэнк считает,
что должен был
остановить тогда бой,
должен был спасти мне глаз.
Он всю свою жизнь жалеет,
что не может отыграть назад,
к началу того 109-го боя.
А я ведь думал выйти и на 110-й.
Это я к тому, что если ты
хочешь завоевать титул,
вполне возможно, что он не тот