пришел к нему.
К тому времени он уже выпил
шесть стаканов.
Он выпил еще и со мной...
и потом он сказал, что хочет...
отвезти меня домой.
Я сказал: "Спасибо, не надо".
Мы жили тогда все вместе.
Я стоял...
и смотрел, как он удаляется.
Он прошел через всю
эту проклятую войну...
а я позволил ему вот так уехать.
Той ночью медсестра печатала...
что они там печатают...
и знаешь, что она мне сказала?
Сказала, что ей очень нравится
моя книга.
За стеной остывало тело
моего брата...
а она могла говорить
со мной о книге.
С этого момента все изменилось.
За пять месяцев я похоронил...
брата, мать, отца.
Здесь, в Бронксе.
Мы все лето проводили здесь.
А иногда и осень.
Осенью бывало много игр.
Да...
но не очень.
"В покое те, кто ушел до нас...
"но все еще мечутся те...
"чей черед еще не настал."
Так вы написали в своей книге.
Похоже, еще немного...
и ты удивишь даже меня.
Он знает?
Нет.
Давно я так хорошо
не проводил вечер.
Несмотря на то, что я бросил вас?
Да.
Несмотря на это.
Ладно...
Слушай...
Так как ты с ним познакомился?
- Это мой учитель.
- Да?
Кто бы мог подумать!
На кого из них вы смотрите?
Просто люблю бывать тут
по утрам.
Я, скромный ученик, рядом...
с этими великими людьми.
Я прочел внизу,
что вы хотели меня видеть.
М-р Уоллес...
думаю, нам пора откровенно
поговорить о ваших сочинениях.
Я думал, вам понравилось.
Ваша последняя работа?
Очень понравилась.
Нет-нет, проблема
с вашей последней работой...
не в том, что она плохая...
а в том, что она слишком хорошая.
Ваш прогресс
настолько невероятен...
что я вынужден прийти
к одному из двух выводов:
или вы развили
данный вам от Бога талант...
или же...
ваше вдохновение имеет
другой источник.
Если принять во внимание ваше
образование и происхождение...
думаю, вы простите меня
за эти выводы.
Все это написал я.
Тогда вы не станете возражать
против того, чтобы доказать это.
Через две недели срок
сдачи следующего сочинения.
Я назначу вам время,
вы придете в мой кабинет...
и напишете его
в моем присутствии.
А пока,
если вам есть что сказать...
Ничего я не буду писать.
И что же это доказывает?
Если бы шестинулевый сынок это
написал, он бы тоже так сказал?
- Шестинулевый сынок?
- $1 000 000.
Шесть нулей.
Наверное, нет.
Знаешь, чего люди боятся
больше всего?
- Чего?
- Того, что они не понимают.
Когда мы чего-то не понимаем, мы
начинаем строить предположения.
Кроуфорд не понимает...
как чернокожий подросток из
Бронкса может писать так, как ты.
И предполагает, что не может.
Так же как я предполагаю,
что он ублюдок.
Вы ведь с ним знакомы?
С Кроуфордом? Нет.
Он думает, что знаком со мной.
Откуда же вы знаете
про его книгу?
Многие писатели знают,
как надо писать...
но сами писать не умеют.
И что?
Кроуфорд написал книгу о четырех
писателях, которые умели писать.
Из них я единственный был жив.
Он уговорил одного издателя
опубликовать ее.
Я позвонил этому издателю...
и очень вежливо сообщил
ему и всем остальным...
что пишу вторую книгу...
- и если они желают печатать ее...
- И поэтому Кроуфорду отказали.
Но вы же знали,
что второй книги не будет.
Да, но они-то нет.
Вот что случается,
когда под рукой нет источника.
Сезон полноты веры
Джамал Уоллес
Традиция сдавать сочинения
в последний день...
продолжается...
и в этом году.
Дамы и господа...
минутку внимания.
Пожалуйста, взгляните сюда.
"Не странно ли,
что смерть душе страшна
"Ведь с легким сердцем
предаются сну
"За ночью ночь,
до гробовой межи"
Как мило, что вы решили
к нам присоединиться.
Эти слова
к стихотворению не относятся.
"Младенцы, дети, юноши, мужи"
Кто хочет ответить?
Что-то сегодня мы молчаливы.
М-р Кольридж.
Будьте любезны.
Сколько, по-вашему,
учеников сегодня в классе?
Не знаю.
Попробуйте предположить,
ради смеха.
Тридцать?
И из 30 человек ни один не знает,
кто написал эти строки.
Разве это не поразительно?
Хорошо, попробуем
с другой стороны.
Что вы можете заключить,
глядя