прикованы глаза целого мира.
Но им этого было недостаточно.
Им нужны были ещё и его уши.
Поэтому они открыли свои большие рты
и стали говорить, говорить, говорить!
Так и появился попкорновый бизнес.
Покупаешь кулёк и затыкаешь им уши.
Взгляните на их кабинеты.
Выдающиеся умы!
Они взяли прежних идолов
и разбили их вдребезги!
Фэйрбенксов! Гилбертов! Валентино!
И кого мы получили теперь?
Какое-то ничтожество.
Не вините меня. Я - не продюсер.
Я - всего лишь писатель.
Правда? Пишете слова,
слова, и снова слова!
Вы соткали из них верёвку
и удавили ею этот бизнес.
Но здесь ещё найдётся микрофон,
чтобы записать последние хрипы…
…и «Техниколор», чтобы снять
красный, раздувшийся язык.
- Ш-ш-ш! Вы разбудите обезьянку.
- Убирайтесь вон! Макс!
В следуюший раз я прихвачу
мой альбом для автографов.
Или, может, горстку цемента
и попрошу оттиск вашей ноги.
Всё в порядке. Я ухожу.
Эй, вы! Одну минуту!
Вы сказали, что вы - писатель.
- А что?
- Так писатель или нет?
Так записано в моём
профсоюзном билете.
И вы писали сценарии
к фильмам, не так ли?
Конечно, писал.
Хотите список?
Мне нужно вас кое-о-чём
спросить. Пройдёмте туда.
Мой последний сюжет был о жителях
Оклахомы в районе пыльных бурь.
Вы бы никогда не догадались.
Ведь чтобы попасть на экран…
…действие картины пришлось
перенести на торпедный катер.
(звучит органная нота)
Уютненько, да?
В этом органе гуляет ветер.
Нужно бы мне его выкинуть.
Я бы просто научил его
мелодии получше.
Молодой человек, скажите мне кое-что.
Какой длины в наши дни пишут
сценарии? Сколько в них страниц?
Смотря какой сценарий: к «Утиным
историям» или «Орлеанской деве»?
Это будет очень важный фильм.
Я писала его сама.
Истратила годы.
Похоже, тут хватит на
шесть важных фильмов.
Это - притча о Саломее.
Режиссёром я возьму Демилла.
Демилла?
Ага.
Мы сделали с ним много фильмов.
И вы сыграете Саломею?
Кто же ещё?
Я лишь спросил. Я не знал,
что вы планируете камбэк.
Ненавижу это слово!
Это - возвращение.
Возвращение к миллионам тех, кто не
простил бы мне осиротевшего экрана.
- Логично.
- Саломея. Что за женщина.
Что за роль. Принцесса,
влюблённая в святого.
Она танцует танец «Семи вуалей».
Он отвергает её, и потому она требует
его голову на золотом подносе.
Целует его холодные, мёртвые уста.
- В Помоне это понравится.
- Это понравится везде.
Прочтите. Прочтите сцену перед
тем, как она видит его мёртвым.
Не давайте другому писателю читать
свой материал. Он может украсть идею.
Я не боюсь. Читайте. Макс!
Принеси что-нибудь выпить.
Садитесь. Света вам достаточно?
У меня идеальное зрение.
Я сказала: «Садитесь».
Что ж, меня не поджимало
срочное свидание.
Разве что с теми ребятами
из финансовой компании.
И она сказала что-то насчёт выпивки.
Так почему бы и нет?
Иногда забавно взглянуть насколько
плохим может быть плохой почерк.
Но этот угрожал перейти все границы.
Интересно, что сказал бы графолог,
взглянув на её детские каракули?
Макс ввёз на тележке
шампанское с икрой.
Позже я выяснил, что Макс был вторым и
последним жителем этого мрачного замка.
Я выяснил о нём и кое-что другое.
Что же касается её, она сидела,
будто взведённая в часах пружина…
…с сигаретой, зажатой
в любопытном мундштуке.
Я ощущал на себе её взгляд
из-под тёмных очков…
то ли безразличный к тому, что
мне не нравилось прочтённое…
…то ли умоляющий, на свой особый
гордый манер, чтоб мне понравилось.
Это ведь для неё так много значило.
Вот уж действительно
уютная обстановочка.
Этот комок нервов, и Макс,
и мёртвая обезьяна наверху…
…и ветер, хрипящий
в органных трубах.
(дверной звонок)
А потом, как бы довершая
комизм этой ситуации…
…прибыл настоящий гробовщик
с детским гробом.
Всё было проделано с потрясающим
чувством собственного достоинства.
Должно быть, это был
очень важный шимпанзе.

------------------------------
Читайте также:
- текст Переговорщик
- текст Дитя
- текст Семь шансов
- текст Божественные тайны сестричек Я-Я
- текст Пианино