которая никогда не
была как они,
в голове которых
только деньги!
И ты думаешь это правильно -
сидеть дома и ничего не делать?
А только слушать сплетни,
когда есть капитал
и его можно удвоить?
Марина, мы можем бросить
твой капитал в реку,
мы можем наплевать, сжечь его!
- Но, это не правильно!
Это деньги, которые
я заработала, не так ли?
И ты не имеешь право... ты не можешь потратить
свою жизнь, бегая по всему миру.
Не беспокоясь, о том что
это имущество надо содержать.
Ансельмо...
я люблю тебя.
Я не могу представить
свою жизнь без тебя.
Марина, Марина!
Вернись ко мне.
Жизнь, о которой мы мечтали
совершенно другая!
Уехать отсюда,
от этих людей и проблем,
которые мы вряд ли знаем
и понимаем!
Марина, я могу снова
начать писать,
но мы должны быть сильными
и освободиться от всего этого,
этого менталитета,
этого мира!
Это наш единственный долг.
Быть самими собой,
изменить нашу жизнь,
поняла?
А то, что я хочу,
разве не связано с переменами?
Что случилось, Марина?
Ничего.
Ничего, ничего!
Ты говоришь, словно мы еще дети
и у нас нет
обязательств.
Для всех, даже за деньги...
И только ты не можешь.
Как жаль, Марина!
Бог мой, как жаль!
Ты можешь ехать в Модену одна.
Я... Я не знаю...
Что с тобой?
Нет, ничего.
Я думаю.
Ты - мыслитель.
Я думаю, ты никогда не
скажешь, что любишь меня.
Почему ты смеешься?
Я люблю тебя, я мечтаю о тебе,
я не могу жить без тебя...
- Это не вызывает у тебя смех?
- Нет.
Эти вещи, Ансельмо бы сказал
по-другому.
А так же, сказал бы правду.
Я не решил еще кого я люблю
больше: тебя или "Феррари".
Успокойся. Если ты хочешь, я могу
научиться говорить “Я люблю тебя”.
Войдите!
- Ваши сигареты.
- Чего ты ждешь? Брось их.
- Плохо бросаешь, но уже лучше.
- Извините.
Что с тобой?
Ты боишься, что он узнает тебя
и расскажет твоей матери?
- Нет, ни это.
- Тогда что?
Ничего, ничего.
Ты тоже...
Что, я тоже?
Страшное унижение,
позор, скандал...
Быть обнаруженной с мужчиной,
в одном гостиничном номере.
- Всегда одна и та же история.
- Все твои женщины такие?
- Все.
- Вначале они здесь,
а потом пытаются
сохранить свое лицо.
- Точно.
- Так же, как я?
- Что ты делаешь?
- Одеваюсь.
Разве ты не говорила,
что останешься до 8.00?
Последний автобус
уходит в 7.00.
Ты можешь остаться,
если хочешь.
Хорошо.
Скажу портье, чтобы он
прислал мне другую.
В этом отеле очень
хорошо обслуживают.
Альберто, почему люди
так отличаются, когда узнаешь их,
от тех, кем они кажутся на расстоянии?
- Ты тоже казалась другой.
Менее глупой.
Что ты будешь делать?
Скажи мне, что ты будешь делать?
Ты знаешь как и я,
как обстоят дела.
Все видели тебя со мной: как ты
садилась в машину, приходила поздно ночью.
У кого хватит смелости
теперь, жениться на тебе
и терпеть шутки друзей,
сплетни в кафе?
Все будут против тебя.
Ты знаешь - все.
Тебе придется смириться
с презрением всего города.
Ты можешь спросить у своей матери,
сколько она плакала из-за твоего отца.
Здесь, люди не прощают.
Чего ты ждешь?
Ты пропустишь автобус.
Даже, когда мы узнали
об этом позже...
это не удивило меня, что Федора
заблуждалась, когда была с Альберто.
И что их отношения были ошибкой,
у меня всегда было такое впечатление,
и меня даже не удивляло, что
Федора так долго оставалась с ним.
Хотя возможно,
моя нехватка удивления...
только продукт этого города,
этого мира.
В те дни, я был
особенно одинок.
Так или иначе, я решил уехать,
даже без Марины,
даже без денег и
незная куда мне ехать.
В тоже время, Кере
предложила мне комнату,
и я в конечном счете
уехал бы отсюда.
Мне важно было
уйти из дома,
чтобы не видеть
больше моего отца.
После его соглашения
с Мариной,
я чувствовал
ненависть к нему.
Итак?
- Ты ничего не забыл?
- Да, я оставил письмо на столе,
в котором объяснил все,
или почти все, что нужно.
Пропусти меня, пожалуйста.
Давай не будем делать из этого трагедию.
Я не позволю
тебе уйти.
Ты еще не знаешь,
что делаешь.
Я