крошка.
Конечно, все отлично
Ты была великолепна у Нортона.
Было так забавно. Я хотела смотреть
на тебя все время.
А как ты думаешь, я себя чувствовал,
крошка?
- Где ты? - В магазине.
В квартале от тебя. Могу я прийти?
Хорошо. Но будь осторожна. Никто не
должен тебя видеть.
Привет, Кис.
- Что у тебя на уме?
- Сломанная нога.
У парня была сломана нога.
- Ты о чем?
- О Дитрихсоне.
- У него была страховка от несчатного
случая, да? - Да.
- Потом он сломал ногу, так?
- И что?
И он не подал заявку. Почему он не
подал заявку? Почему?
- Чего ты приехал?
- Уолтер. Я обедал два часа назад.
- Еда застряла на пол пути.
- Маленький человечек снова в действии.
- Что-то не так с делом Дитрихсона.
- Потому что он не подал заявку?
Может у него не было времени.
О, может он просто не знал, что
застрахован.
- Нет. Невозможно. Ты ведь отдал ему
полис лично, правильно? - Да.
- И получил чек?
- Конечно.
- Сода есть?
- Нет.
Уолтер. Я живу с этим человечком уже
26 лет.
Он еще никогда меня не подводил.
Тут должно быть что-то не так.
Может Нортон был прав.
Может быть, это - самоубийство.
Нет. Не самоубийство.
Но и не несчастный случай.
Что тогда?
Слушай, Уолтер.
Парень застрахован от несчастного случая
на 100 000$, если он погибнет на поезде.
Спустя две недели он погибает на поезде.
И это не крушение поезда, напомню,
а просто он глупо упал
со смотровой платформы.
Ты знаешь, какова математическая
вероятность этого?
Один из... не знаю сколько миллиардов.
И добавь сюда сломанную ногу.
Не может все обстоять так, как кажется.
Тут что-то другое.
Что, например?
Убийство?
- А перечной мяты у тебя нет?
- Прости.
- Может содовой налить?
- Нет, нет.
- Кого ты подозреваешь?
- Может это слишком просто,
но я всегда подозреваю
получателя выгоды.
- Жену? - Ту широкоглазую даму,
которая не знает ничего ни о чем.
- Ты спятил, Кис. Ее даже не было в
поезде. - Знаю, что ее не было, Уолтер.
Я не утверждаю, что знаю, как и кто это
сделал, но я знаю, что это сделали.
Мне надо зайти в аптеку. Как будто
бетонный блок у меня внутри.
- Спокойной ночи, Уолтер.
- Спокойной ночи, Кис.
- Увидимся утром в офисе.
- Да.
Но мне бы хотелось прижать ее прямо
сейчас, сегодня,
если бы не Нортон и его дурацкие идеи
о политике компании.
Я бы натравил на нее полицию так быстро,
что у нее уже бы закружилась голова.
Они бы уже вырвали у нее признание, и,
братишка, что бы она только не выложила.
- Только ведь у тебя ничего нет, Кис.
- Да не много.
Только 26-летний опыт, проценты на него,
и бетонный блок в моем желудке.
Дай мне прикурить?
- Спокойной ночи, Кис.
- До встречи, Уолтер.
- Что он знает?
- Ничего он не знает.
- Это все дряное предчувствие. - Но ведь
он ничего не может доказать, правда?
Нет, если мы будем осторожны. Нет, если
мы какое-то время не будем встречаться.
- И как долго?
- Пока все не уляжется.
Ты не знаешь Киса. Если он во что-то
вцепится, он никогда не отпустит.
Он будет выслеживать тебя.
Станет твоей тенью.
С этой минуты он будет следить
за каждым твоим шагом.
- Ты боишься, крошка?
- Да. Боюсь.
Но не Киса. Я боюсь нас самих.
Мы уже не такие как раньше.
Мы сделали это, и мы должны быть вместе,
но вместо этого мы отдалились. Ведь так?
- О чем ты говоришь? - Тебе уже ведь все
равно, вместе мы или нет.
Заткнись, крошка.
Здравствуйте, мистер Нефф.
- Здравствуйте.
- Лола Дитрихсон. Вы меня помните?
- Да, конечно. - Могу я с Вами
поговорить. Это займет несколько минут.
Где-то, где мы будем одни.
О, да... Пойдемте ко мне в кабинет.
- Это насчет того, что произошло?
- Да, мистер Нефф.
Это касается смерти моего отца.
Мне ужасно жаль, мисс Дитрихсон.
Лу, ты не против, если мы останемся одни
на несколько минут?
Нет. Кабинет твой, Уолтер.
Посмотрите на меня, мистер Нефф, я не
безумна, не истеричка, даже не плачу,
но у меня ужасное чувство, что здесь
что-то не так.
И у меня уже было такое чувство.
- Когда умерла моя мама.
- Когда умерла Ваша мама?
Мы были