энцефалита достиг
размеров эпидемии''.
''Небывалая смертность''.
''Таинственная сонная болезнь''.
''Забытые болезни двадцатых''.
''Пост-энцифалистический синдром!''.
''Доктор Ингхем''.
- Сколько Вы их обнаружили?
- Пятерых. Но их наверняка больше.
В каком они состоянии?
Вы точно их описали:
"Бестелесны, как призраки".
Ведь наверное многие из них
тогда были ещё детьми.
Да.
Детьми, которые уснули.
Большинство умерли
на острой стадии болезни,
а те, которые выжили, те, которые
проснулись, казались здоровыми,
будто ничего не произошло,
но мы просто не понимали, насколько
инфекция поразила их мозг!
Прошли годы!
Пять, десять, пятнадцать лет,
прежде чем появились странные
неврологические симптомы,
но они появились.
Я наблюдал их
уже в начале тридцатых.
Стариков приводили дети,
молодых родители,
больные не могли
самостоятельно одеваться, есть.
В большинстве случаев - говорить.
Некоторые семьи сходили с ума.
А те,
кто оставались нормальными...
теперь ...
далеко.
Что значит быть такими?
О чём они думают?
Они не думают...
Вирус не пощадил
способности мыслить.
- Это точно установлено?
- Да.
Таким образом.
Альтернативы
здесь быть не может.
Да, здесь много нужно менять,
но зачем эти квадраты?
У меня есть гипотеза.
- Простите
- Извините.
- Что помешало Люси
подойти к крану?
- Ничего.
Вот именно.
Просто кончилось визуальное поле.
Дальше пустота,
никакого деления.
Никакого визуального ритма.
- А мы создадим ритм?
- Вот именно.
Встаньте, Люси!
Она смотрит в окно.
Здесь была одна статья.
Где же она?
Это тот номер?
Нет прошлогодний!
- Я хочу расспросить Вас о сыне.
- Пожалуйста.
Врачи сказали,
что у него что-то с руками.
Он не мог больше писать,
не мог продолжать учебу.
Мне посоветовали
забрать его из школы.
Ему было всего одиннадцать.
Вскоре ему стало хуже.
Он звал меня.
Я входила,
а он сидел за столом,
будто в трансе.
Час, 2 часа,
а потом всё проходило.
Однажды я пришла
домой со службы
и обнаружила его в постели.
Он говорил: "Мама, мама"
и протягивал ко мне руку.
Вот так.
Я спросила:
"Что ты хочешь, Леонард?"
Но он больше не говорил,
он будто исчез.
В том же году я поместила
его в клинику Бэйнбридж.
14 ноября 1939 года
ему было 20 лет.
Миссис Лоув,
а чем он занимался все 9 лет,
проведённые в этой комнате?
Читал.
- Он любил читать.
Он всё время читал.
- Вот как?
Это всё что он мог.
Достаточно.
Леонард.
Всё Леонард, мы закончили.
Ничего, ничего,
ничего и опять ничего.
- Данные по одному
из ваших манекенов.
- Вот именно.
- Как это я догадался?
- Передай соль.
- Простите, а как насчёт этого?
- Что вас удивило?
Просто включился строб.
Ошибаетесь.
Это ещё до включения строба.
Здесь я назвал его по имени.
Простите.
Что это значит?
Простите.
Бей по центру.
Бей по центру.
Точнее, точнее,
точнее, отлично.
Я тоже смогу поймать!
Бросьте мне мячик, доктор!
Я поймаю, бросьте мне мячик!
Отойдите.
Бросьте мне мячик! Бросьте!
- Это все?
- Да.
Привезите их
вместе с остальными.
но я думала, что он захочет
стать отцом своему сыну."
Простите.
- Все пациенты получили
утреннюю дозу лекарств.
- Прекрасно.
Доктор Сэйэр надеется,
что у вас найдётся свободное время.
Вы можете пройти со мной?
Да.
Это одна
из самых замечательных арий,
внимательно
следите за их реакцией!
[звучит музыка]
Зовите меня, Исмэль!
Несколько лет назад,
не важно сколько именно,
я оказался совсем без денег.
И ничто не удерживало меня
больше на берегу.
Леонард,
я знаю ты меня слышишь.
Попробуй ответить,
когда я назову твоё имя.
Не любая музыка подойдёт.
Должна быть своя музыка.
Для каждого.
[продолжает звучать музыка]
Они двигаются под музыку,
которая их трогает,
но для Берта я ещё
не подыскал мелодию.
Они готовы
весь день так просидеть,
если я не помогу им начать.
Эл,
Леонард,
Эл.
Это Фрэнк,
помогите поднять его на ноги.
- Есть ещё
одна возможность, доктор.
- Какая.
Прикосновение.
Встаньте-ка в сторонку.
Если я его