необычный.
Доброе утро, отец. Я бы хотел вас
познакомить с мисс Женевьевой Линден.
Дженни, это отец Фитцгиббон.
- Доброе утро, отец.
- Как поживаете?
- Она певица.
- А. Работу ищет?
- Нет, что вы.
Она поет в Опере Метрополитен.
Какая честь познакомиться
с вами, мисс Линден.
Вы, должно быть, повидали мир?
- Ну, я...
Много путешествовали?
- Да, изрядно.
- А где живете?
-Я как раз купила дом на Лонг-Айленде.
- Хороший, наверное?
- Да, очень.
Тогда, вас, возможно, заинтересует
лоскутное одеяло. Мы устраиваем лотерею.
Снова?
Пытаемся собрать немного денег,
отец О'Дод.
Ясно.
- Сколько?
- Я возьму все. Почем они?
Э... по десять.
Благодарю. Надеюсь, вы его получите.
- Спасибо.
Я тоже надеюсь, что ты выиграешь его, Дженни. Тогда ты сможешь пожертвовать
его нашей церкви, и тогда мы
тоже устроим лотерею.
Я бы не хотел, чтобы оно
уходило из прихода.
А где наш бравый певец и его малыши?
В подвале.
Спасибо, отец. Идем, Дженни.
- До свидания.
-До свидания. Спасибо.
Поздравляю с продажей билетов.
Хочешь еще? Ты у нас первый зритель.
Готовы, ребята?
- Великолепно.
- Разумеется, мы и еще кое-что можем.
Не хочешь послушать, как ребята
поют нечто более красивое?
Да, с удовольствием.
- Молодцы, ребята. На сегодня все.
- Большое вам спасибо.
Увидимся завтра.
Замечательные ребята.
У них есть то, что мы с возрастом теряем.
- В чем дело, Тимми?
- Ни в чем.
Это было прекрасно, Чак. Прекрасно.
Разумеется, с нами не каждый день поет
мисс Женевьева Линден из Метрополитен.
И О'Дод тоже нечасто приходит.
- Ну, не надо, не надо.
Я рада, что ты не бросил музыку, отец.
Что-нибудь еще писал?
Да, есть у меня одна песенка,
Тимми даст ее одному
издателю, своему другу.
Если ему понравится, возможно, мы
решим все наши проблемы.
Плохие новости. Я был у издателя,
и ему это не интересно.
Даже и не взглянул. Сказал,
что они и так загружены.
Можно посмотреть?
- Получается, проблемы остаются.
- Даже не взглянул?
- Ну, он просмотрел.
- И что сказал?
- "Сентиментальщина в этом сезоне не в
ходу". - А что им нужно?
- "Барфола".
- А мне казалось, что "Ваффола".
Да, точно.
Слышал я некоторые их хиты.
"Хороши были деньки
у веселенькой реки".
А еще в одной я совсем не понял слов.
Там парень потерял девушку
в Солт-Лейк Сити,
а потом вдруг поднимается
на высоту в 5 тысяч 400 футов.
Любопытно.
Температура 73 градуса, в местности
полно золота, серебра, меди.
Но парню это неважно,
потому что он потерял свое золотце.
Это Ваффола.
- Ну, я об этом слышал. Что-то такое.
- И что же?
- Нет, только не я.
Представляете себе "Восьмерка в баре"
от папаши О'Мэлли? Нет уж.
- А мне это нравится.
- Любит сентиментальность.
"Идти своим путем"
Не поставишь свой автограф?
Хорошо.
Спасибо.
Ну, мне пора.
Отец Тим, вас подвезти?
-Да, благодарю.
Вот, держи.
Спасибо.
Тебе спасибо.
-До свидания.
Пока.
- Мою ручку, отец.
- Ах, да.
- Всего доброго.
- Тебе того же.
Да?
И кто вы будете?
У меня к вам разговор. Вот кто я.
А, вы, должно быть, его отец.
- Сколько вам лет?
- Восемнадцать.
А, это хорошо.
О, Тед!
-Уже иду, милая.
Что?
Привет, папа.
И где ты был эти две недели?
Ну, папа...
Я был на седьмом небе
среди облачков счастья.
Она прилетела на лунном луче.
- Ложь. Я за тобой слежку отправил.
А вот это непорядочно. Когда ты был в
моем возрасте, я за тобой не ходил как хвост.
Ее смешит все, что бы я ни говорил.
Мне вот не до смеха.
Это ведь одна из моих квартир.
Да, я тут немножко все переделал.
- А это - мой халат.
- Да, мне его перешили.
Ой, мне он нравится.
Вы знаете, что я могу
выбросить вас отсюда?
Может, мне известно о ней кое-что,
чего ты не знаешь.
Ее забрали в полицию с улицы.
Да, я знаю.
А ты, возможно, тоже кое-чего
не знаешь. Мы женаты.
Женаты?
Нет, я это аннулирую.
Нет уж. Аннулировать можно только,
если что-то было с самого начала нечисто.
А у нас все в порядке.
Мы сказали что-то вроде "пока смерть
не разлучит нас". Помнишь?
И где вы поженились? - В