Знаю. Извини, я просто....
Все произошло так быстро,
я еще не свыкся с мыслью.
Здорово. Нью-Йорк Таймс.
Мы всегда об этом мечтали.
Ну, поздравляю.
То есть, ты этого заслужил.
- Спасибо, что присмотришь за Марли.
- Угу.
Он как раз ест твой портфель.
- Черт!
- Марли! Марли, нет!
- Два дня, Джон. Я серьезно.
- Извини.
- Извини, не хотел тебя будить.
- Я не спала.
Где Марли?
Себастьян присмотрит за ним
пару дней.
Интересно было бы посмотреть.
Пока я не найду более постоянный дом.
Это его постоянный дом, Джон.
Марли останется здесь.
Милый, я прошу прощения.
Я просто сорвалась.
Никто ведь не рассказывал о том,
как это будет тяжело.
Что именно?
Что? Все.
Супружество, воспитание детей.
Это самая трудная в мире работа -
и никто тебя к этому не готовит.
Никто не рассказывает, сколь многим
придется пожертвовать.
Мне кажется, что рассказывают,
но их не хочется слушать...
...или думается:
«Они просто несчастны».
Я отказалась от стольких вещей,
которые делали меня тем, что я есть.
Но я не должна так говорить -
так говорить ужасно.
Но я это чувствую, правда.
Иногда я это чувствую.
Я просто....
- Я просто хочу, чтобы ты это знал.
- А я это знаю.
- И ты можешь это сказать. Я говорю.
- Но я сделала выбор.
Я сделала выбор,
и даже если он трудней, чем я думала,
я все равно не жалею.
- Ты уверена?
- Абсолютно.
Потому что в этом что-то от
«в гостях хорошо, а дома лучше».
Просто чему бывать - того не миновать,
и мы со всем справимся.
- И справимся вместе.
- Вместе.
Избавлением от Марли ничему
не поможешь.
Конечно.
Избавлением от тебя тоже
ничему не поможешь.
- Могу попросить тебя об услуге?
- Да.
Можно без новых детей на время?
Конечно. Договорились.
Привет, мужики.
Ну, поздоровайтесь с Коллин.
- Папа говорит, что ее зовут Вопилка.
- О, нет, я....
- Это сказал Патрик.
- Что?
- Я не знаю.
- Почему ты это сказал?
Я просто придуривался.
Это же была тайна, мужики.
Сюда!
- Погоди, погоди. Сюда.
- О, да!
Старый профессионал возвращает мяч.
Он уходит на свободное место,
получает передачу от Коллин.
- Ура!
- Ура, гол!
- Недурной бросок, папа.
- Всего лишь «недурной»? Ну-ка, Конор!
- Выдающийся.
- Да. Еще раз.
Погодите, я отвечу. Я скоро вернусь.
- Хорошо.
- Мои колени стерты.
Алло!
Да, это так.
Да, да.
Как дела? Спасибо что ответили.
- Проклятье!
- Кто звонил?
"Филадельфия Инкуайрер".
Я недавно послал редактору несколько
вырезок, и он хочет встретиться.
Что значит «недавно»?
Он был здесь в отпуске где-то
месяц назад,
почитал мои материалы и мы
просто пообедали.
Что значит «просто пообедали»?
Ну, я не думал, что это к чему-либо
приведет.
- Ну и...?
- Мне предлагают работу.
То есть, у меня будет собеседование.
В качестве колумниста или...?
- Репортера.
- Репортера?
Ну и что ты сказал?
Я сказал: «Огромное спасибо,
но мне здесь хорошо».
?Никогда не встречал такого же
нытика, как Джон Гроган.
Если ему здесь не нравится,
может уезжать».
Часть моей работы - получать отклик.
Я рад, что это пробуждает чувства.
Нет, это повторяющаяся тема.
Повторяющаяся тема - это то, что
округ Бровард кишит брюзгами.
Это они взъелись на меня.
Я лишь пытаюсь сказать, что, при всем
уважении, ты - один из них.
Но я ведь комментатор!
Все хотят, чтобы я делал вид, будто
все прекрасно, когда есть проблемы.
Перенаселение, преступность,
расовые трения.
Куда не бросишь взгляд - новый,
еще более отвратительный небоскреб.
Так происходит по всему миру. Дело не
во Флориде, а в тебе. Что случилось?
Ничего. Всем хочется думать:
«Конечно, ему скоро 40.
Он стал брюзгой».
Дело не в этом. Может быть....
Я не знаю. Я не знаю, может быть,
я устал от своей колонки.
Мне не кажется, что то, что я говорю,
так уж интересно.
Джон, Джон, ты - комический голос
Южной Флориды.
Национальное достояние,
ради всего святого!
Может быть, региональное достояние.
- Ну, уж точно - муниципальное.
- Спасибо.
Послушай, возьми отпуск.
Съезди куда-нибудь