себя не вполне уверенно.
Но наступает момент, когда понимаешь,
что тебя к этому готовили,
и берешь руль в свои руки.
Потому что если чувствуешь,
что такая ответственность
тебе не плечу…
…значит, тебе
здесь нечего делать.
Это твой департамент, ты обязан
принимать решения
в реальном времени, и…
У нас интервью.
Они сказали, это срочно.
Господи.
О, боже.
Вы говорите, он был в…?
Боже мой.
— Бэрри?
— Подождите.
Артур Эденс только что разделся догола
во время снятия показаний в Милуоки.
О, Майкл…
…Я сделал глубокий, очистительный вдох
и отложил эту мысль. Спрятал её глубоко.
Я сказал себе: «Пусть это чувство
такое ясное и сильное…
…пусть я абсолютно уверен в том,
что ощутил сегодня, — необходимо подождать.
Нужно, чтобы оно прошло
проверку временем».
И вот теперь, Майкл,
время пришло.
Этот момент, сегодня, здесь,
эта комната, этот воздух…
…и особенно то, Майкл,
что ты здесь.
Вот причина.
Причина — это ты, Майкл.
Не сомневаюсь, ты чувствуешь, как
всё это накапливалось, собиралось вместе.
Майкл-сиделка, тайный герой,
хранитель скрытых грехов. 
Скажи мне, что видишь это,
Майкл, ради бога.
И… да, да, да, пускай.
Раздевание, автостоянка — я признаю…
…это было… это было… это было ошибкой.
Это было неверно. Это было неправильно.
Это очевидно. И с терапевтической точки зрения,
это было совершенно бессмысленно…
…потому что, клянусь, я мог бы там
содрать с себя кожу…
…и всё равно не добрался бы
до того места, где живёт эта штука.
Шесть лет, Майкл. Шесть лет
я впитывал этот яд.
400 допросов, сотня ходатайств,
пять смен места слушания…
…85 тысяч изученных документов.
Шесть лет махинаций, затяжек, воплей,
и что в результате?
Я потратил 12 процентов жизни на защиту
репутации смертоносного гербицида!
— Мы же договорились, Артур.
— Однажды вечером…
Однажды вечером… ты послушай!..
я в своём офисе, поднимаю глаза —  Марти.
В руках шампанское.
И он говорит, что мы только что превысили
30 тысяч оплачиваемых часов
в деле  U/North, и он хочет отпраздновать это.
Час спустя я уже
в борделе в Челси…
…и две рыжие литовки
по очереди у меня отсасывают.
Лежу я там, пытаюсь
не кончить — я хочу…
…я хочу, чтобы это продолжалось как можно
дольше, и вот я начинаю считать в уме.
Я думаю: «30 тысяч часов, сколько это?
24 умножить на 30…
…В месяце 720 часов, в году 8760…»
— Артур.
— Нет, постой, постой!
Это же годы! Это жизнь!
От цифр у меня закружилась голова,
и теперь, понимаешь…
…только что я пытался не кончить,
а теперь я пытаюсь не думать,
но уже не могу остановиться.
Я думаю, неужели это я?
Неужели я превратился в этот чудовищный
организм, созданный, чтобы спать, есть…
…и защищать некую ужасную цепочку
канцерогенных молекул?
Неужели в этом и состоит
моё предназначение? Моя судьба?
— Послушай, ты мне обещал.
— Неужели это так, Майкл?
И это мой Грааль? Две литовки,
попеременно сосущие мой член?
Это и есть мой осознанный выбор
из совокупности возможностей?
Хочешь прекратить приём лекарств — ради бога.
Но сперва ты должен мне позвонить.
— Мы об этом договорились.
— Подай на меня в суд.
У вас там всё в порядке?
Всё в порядке. Всё в порядке.
Они их убили, Майкл.
Эти маленькие семейные фермы.
Ты… ты… ты встречался с Анной?
Нет.
Тебе надо её увидеть, поговорить с ней.
Она чудо, Майкл.
Она совершенное
творение божье.
И ради контракта на 50 миллионов долларов
я потратил 12 процентов жизни…
…на уничтожение совершенной Анны,
её мёртвых родителей и умирающего брата.
Когда ты принимал это
в последний раз?
Нет. Я не собираюсь это терять.
Наконец-то всё обрело смысл.
Мир — прекрасное сияющее место.
Я не обменяю его на это.
— Если он реален, таблетки ему не повредят.
— На моих руках кровь.
Ты старший партнёр
в одной из крупнейших…
…наиболее уважаемых юридических
фирм мира. Ты был легендой.
— Я соучастник!
— У тебя маниакально-депрессивный психоз.
Я Шива, бог