его в умывальник
у вас на кухне.
«Главное маркетинговое преимущество кальцитата…
— Дай мне телефон.
…а именно, что он не имеет ни вкуса,
ни запаха и не выпадает в осадок…

…потенциально может
скрывать и усиливать…
…эти потенциально смертельные последствия».
А вот это мне особенно нравится.
Это не только прекрасный продукт…
…но и превосходная система
доставки канцерогенов.
«Химическая модификация кальцитата…
…добавление молекулы-детектора,
как-то: красителя или ароматизатора…
…может потребовать кардинального изменения
процесса производства кальцитата.
Оценка этих расходов, предположительно,
весьма значительных…
…выходит за рамки данного документа».
Что означает приблизительно следующее:
«Чтобы всё исправить, придётся потратить кучу денег,
а я всего лишь лабораторная крыса…
…так что пусть кто-нибудь другой
принимает решение, ладно?»
«Несомненно, огласка
этих внутренних документов…
…может крайне негативно
повлиять на сбыт кальцитата…
…поэтому их распространение
должно быть ограничено…
…как составляющих коммерческую тайну
Юнайтед-Нортфилд».
Думаю, нет необходимости
пояснять вам, что это означает.
Всего хорошего.
— Думаю, это объясняет моё прямое обращение к…
— Да.
Вы должны остановить это.
— Остановить?
— Да.
Отсюда вопрос.
Что мы…?
Какие в нашем распоряжении средства?
В подобной ситуации.
Вы говорите о документах, данных?
Я не…
Ну, я хотела бы знать,
есть ли какие-либо другие средства.
Что-то, что не приходит
мне в голову?
Мы оперируем абсолютными понятиями.
Ясно. Я понимаю. Да.
Информация, документы… я не юрист.
Мы попытаемся… мы сделаем, что сможем.
Ну, а другой способ?
Это и есть другой способ.
— Может быть, лучше поставить в известность Дона.
— Нет.
Это не имеет никакого отношения к Дону.
Он занят. Это не имеет отношения к Дону.
Вы думаете, это осуществимо?
Да. У нас есть некоторые идеи.
Дайте команду, и мы начнём действовать.
Если идеи себя не оправдают, мы отступим,
пересмотрим ситуацию…
Хорошо.
Это значит, «Хорошо, вы поняли»
или «Хорошо, приступайте»?
И раз. И два. И три.
И четыре. И пять. И шесть.
И семь. И восемь. И девять.
— Погодите.
Погодите, погодите.
Погодите, я сказал. Эй! Эй!
Постойте.
Давай, папа, загадай желание.
Если я получу что хочу,
это меня убьёт.
Ну ты маньяк. Невероятно.
Ну-ка помоги мне, Эдди, ладно?
Отлично, Эдди.
Так, это пекла не я,
так что никаких жалоб.
С днём рождения.
Ты успеешь съесть пирога?
Да, да. Возьму кусок с собой.
Ты уходишь?
— Я уже опаздываю.
— Чёрт.
Вы что, оба убегаете?
Так получается.
— Ты не можешь остаться?
— Но ты же уходишь.
— Да, у меня ночная смена.
— У меня тоже.
Брось. Ты не был тут много месяцев.
Если уйдешь, Мики,
оставь Генри здесь.
Ладно. Отвезёшь его домой.
Останься на часок.
Девчонки столько
всего наготовили.
К тому времени
он уже заснёт.
Тимми звонит мне всё время.
Он боится говорить с тобой.
Правильно делает.
— Плохо всё кончилось, да?
— Это он тебе сказал?
Дети в полной прострации.
Родители жены тоже.
Пэмми плачет не переставая.
— Она приняла его назад.
— И что? К чёрту и её и детей?
Нет. К чёрту Тимми. И ничего ещё
не кончилось, ясно?
Я продал всё, а денег всё равно не хватает.
Так что не надо мне рассказывать про Пэмми и детей.
У меня и так голова кругом идёт.
А ты, вместо того,
чтобы поддержать…
Он же болен, понимаешь?
— Он болен. Это болезнь.
— Интересная точка зрения.
Последнее время многие срываются.
Похоже, это заразно.
Ты на меня намекаешь?
Я что, вижусь с тобой?
Откуда я знаю, чем ты занят?
Я не делал ставок уже больше года.
За карточный стол 10 месяцев не садился.
Я поставил на бар.
Поставил на Тимми, а он меня обчистил.
Это была моя
крупная ставка, ясно?
Я поставил все сбережения,
и всё пропало. И я ещё должен остался.
Ладно. Ладно.
Успокойся. Я тебя понимаю.
Я бы тоже разозлился.
Побудь ещё час.
— Ладно?
— Да.
Готов? Раз, два, подняли.