ли вы
присесть?
Могу.
Так сядьте.
Ты не веришь в меня.
Нет, не верю.
Что же, помимо свидетельства
твоих собственных чувств,
могло бы убедить тебя в том,
что я существую?
Не знаю.
Почему же ты не хочешь верить
своим глазам и ушам?
Потому что любой пустяк
воздействует на них...
любое несварение
желудка.
Может быть, вы вовсе не вы,
а непереваренный кусок говядины...
или непрожаренная
картофелина.
Может, вы явились
не из царства духов, а из духовки.
Словом, все это вздор.
Пощади.
Ужасное видение,
зачем ты мучаешь меня!
Суетный ум!
Веришь ты теперь в меня или нет?
Верю, как уж тут не верить!
Но зачем духам блуждать по земле?
Зачем ты явился мне?
Душа, заключенная
в каждом человеке,
должна общаться
с людьми...
и, повсюду следуя за ними,
соучаствовать
в их судьбе.
А тот, кто не исполнил
этого при жизни,
обречен мыкаться
после смерти.
Он осужден
колесить по свету,
взирать на радости
и горести людские,
разделить которые
он уже не властен,
а когда-то мог бы -
себе и другим на радость.
Ты в цепях?
Скажи мне - почему?
Я ношу цепь, которую сам
сковал себе при жизни.
Я ковал ее
звено за звеном
и ярд за ярдом.
Разве вид этой цепи
не знаком тебе?...
Быть может, тебе хочется
узнать вес и длину
цепи, которую
таскаешь ты сам?
Она была ничуть не короче этой
и весила не меньше...
в некий сочельник
семь лет назад.
А ты ведь немало потрудился над нею
с той поры, теперь она надежная, увесистая.
Не вижу никакой цепи.
И моя была не видна,
пока я не умер.
С твоей так же будет.
Джейкоб...
Давай
о чем-нибудь другом
поговорим.
Утешь, успокой меня,
Джейкоб.
Я не приношу
утешения.
Мой дух ...
никогда не улетал
за тесные пределы нашей конторы.
При жизни... мой дух...
никогда не блуждал
за стенами этой норы...
нашей меняльной лавки!
Так и было.
Ты всегда хорошо
вел свои дела.
Дела?
Забота о ближнем - вот что
должно было стать моим делом.
Общественное благо - вот к чему
я должен был стремиться.
Милосердие, сострадание,
щедрость, вот что...
должно было
стать моим делом.
А занятия коммерцией -
это лишь капля воды...
в безбрежном океане
предначертанных нам дел!
Мне жаль тебя.
Могу я что-нибудь
для тебя сделать?
Для меня?
Со мной всё.
Слишком поздно.
Но я явился...
ради тебя, Эбенизер.
Вот как?
Ну, ты всегда
был мне другом.
В своё искупление...
я прибыл сюда,
дабы возвестить тебе,
что для тебя еще
не все потеряно.
Ты еще можешь избежать
моей участи.
Тебя посетят
ещё три Духа..
Три Духа?
Так что, в этом
и есть моя надежда?
В этом.
Тогда… тогда, может,
лучше не надо.
Ожидай первого Духа
сегодня ночью,
как только пробьет
Час Пополуночи...
А не могут ли они прийти
все сразу, Джейкоб?
Чтобы уж поскорее
с этим покончить?
Ожидай второго
на следующую ночь в тот же час.
А третий,
более переменчивый...
появится
в удобное ему время.
А со мной тебе
уже не встретиться.
Но смотри, для своего же
блага запомни...
все, что произошло
между нами.
Вздор.
Это я съел что-то.
Час.
Что там Марли говорил?
Никого.
Приснилось.
Не тот ли вы Дух, появление которого
было мне предсказано?
Да, это я.
Кто вы или что вы такое?
Я - Святочный Дух Прошлых Лет.
Очень давних?
Нет, на твоей памяти.
Может, сделаете
мне одолжение...
наденете ваш
головной убор,
что у вас в руках.
От меня исходит
свет истины.
Ты хочешь погасить его
колпаком?
Прошу прощения.
Никого не хотел обидеть.
Что привело вас сюда?
Забота о твоем благе.
Не мешали бы мне лучше
спать по ночам -
вот это было бы благо.
Берегись,
Эбенизер Скрудж.
Речь о твоем спасении.
Ну, раз спасение,
давайте им займёмся.
Идём.
Мы будем невидимы...
и безгласны,
как могила.
Теперь мы увидим ребёнка,
подростка.
Увидим тебя, Эбенизер.
Воздух такой чистый.
Совсем не такой,
как в городе.
Ты знаешь, где мы?
Конечно.
Я здесь рос!
Я бегал здесь мальчишкой!
Это же Дэниел Кастерсон
и Роберт Истес.
Привет, Дэниел.
А вон тот здоровый,
это Дэвид Тайлер.
Дэвид,