тебя.
Я не особенно хорошая любовница.
Вильям--
Я хочу трахнуться с тобой.
Выключи свет.
Сара:
постой!
Надень презерватив.
В моей сумочке есть несколько.
Вильям:
Где твоя сумочка?
Сара:
В ванной.
Вильям:
Хорошо.
О господи, я слишком нервничаю.
Что?
Я слишком нервный.
Блять!
Что?
Ничего! Блять!
Давай просто будем спать,
ладно?
Что случилось?
Ты не хочешь этого?
Вильям: Да, я хочу;
Я просто не могу сейчас, и всё.
Почему?
Почему?
Послушай --
Сара, можем мы
просто уснуть?
Что не так?
Вильям:
Можно я сейчас приподниму твой занавес?
Сара:
Если ты будешь нежным -- Oo!
Вильям:
в чем дело?
Сара:
Ты не нежный.
Вильям:
Ты шутишь?
Сара:
Нет, я не люблю, когда ты такой.
Вильям:
Какой такой?
Сара:
Циничный и саркастичный.
Вильям:
Я искренний.
Сара:
Я искренняя.
Ты в защите?
Нет.
Ничего страшного.
Давай.
Циничный и саркастичный!
Вильям:
Я искренний.
Сара: Я бы поверила в то,
что ты в это веришь, временно.
Вильям:
Все временно.
'Временно' это то,
из чего сделаны мечты -- детка.
Я искренний.
Сара:
Я искренняя.
Вильям:
Я искренний.
Сара:
Я искренняя.
Вильям:
Возми два, хорошо.
Мотор.
Можно мне сейчас приподнять твою вуаль?
Если ты будешь нежным --
Oo!
Что случилось?
Ты не нежный.
А какой я?
Грубый.
- Шутишь?
- Нет.
Мне не нравится,
когда ты такой.
Какой такой?
Циничный и саркастичный.
Я искренний.
Я бы поверила в то, что
ты в это веришь, временно.
Все
временно.
'Временно' это то,
из чего сделаны мечты, детка.
[Одновременно]
Я искренний / Я искренняя.
Вильям:
Мы были не слишком хорошими туристами.
В нашей комнате стоял
крепкий запах секса.
Мне все время хотелось
снова принять душ.
Мои ладони,
мои руки, мое лицо --
все пахло Сарой.
Мы валяли дурака весь день,
пока не становилось больно.
Сложно было сказать,
целует она меня или трогает.
Каждая частичка ее тела
была такой же влажной, как ее рот.
Сара не была сексуальной в том смысле,
в каком другие люди считаются сексуальными.
Ее тело не было подтянутым
или упругим, или что-то еще в этом роде.
Она была смешной,
как бывает смешно,когда смотришь
на людей,спящих в автобусе
и их голова
все время падает
а потом снова
резко поднимается.
Она была человечной --
самой человечной из всех,
кого я когда-либо встречал
и это было сексуально.
Сара:
Ты проснулся?
Вильям:
А-ха.
Сара: Помню однажды днем
я пришла со школы --
и моя мама сказала мне,
что мой отец ушёл от нас.
Я не поверила ей.
Я думала,
это игра --
Вроде пряток.
И я осмотрела
весь дом --
туалеты --
под кроватями --
Я искала везде.
Куда он подевался?
Он уехал
в реабилитационный центр в Албании,
и больше не вернулся.
Но он писал мне
раз в месяц,
с того дня, как ушёл,
до того, как я уехала в колледж.
Однажды меня не было дома,
а он приехал повидаться со мной.
Мою мать он никогда не хотел
больше видеть.
Его письма - мои лучшие воспоминания
о том времени, когда я взрослела.
Они всегда приходили
в таких темно-синих конвертах,
и я хранила их в коробке
под кроватью.
Мне нравилось,
что они синие --
потому что когда он жил с нами,
он приходил домой --
всегда в своей
синей рабочей рубашке.
А я садилась
на спинку кресла,
и чесала ему спину.
я чесала ее так долго,
пока моя мама позволяла мне.
когда я ложилась спать,
мои пальцы были
окрашены в синий.
И тебе это нравится?
Да -- мне нравилось.
Ты когда-нибуть скучаешь
по своему отцу?
Нет, никогда.
Ты меня видишь?
Хочешь, чтобы я почесала тебе
спинку?
Встань,
и пойди в туалет.
Зачем?
Просто сделай это.
Я хотел сказать ей,
что люблю ее.
Я любил все,
что связано с ней.
любил то, как я
чувствовал себя рядом с ней
даже когда
это было унизительно.
Мне нравилось,
как она покупала платья --
и то, как она
занималась сексом в туалете --
как она
ела шоколад.
Я любил ее мать --
ее пьяного отца
с его синими письмами.
Я любил каждую
ее мысль.
Сара:
Ты в порядке?
Вильям: мне просто нужно
немного свежего воздуха.
Что ж, пойди