эту семейку знаю лучше Вас! Они
мне вроде даже дальние родственники...
И что же?
Так вот, он - пятно
на семейной репутации!
Таких убивать надо при рождении.
Трусость, к сожалению, заметна много позже.
Когда снаряд разрывался за
полкилометра, он тут же падал в укрытие.
Не спускался, а падал! И выгнать его
оттуда можно было только пинком под зад!
Переход на сторону противника - здесь все
ясно.Я сам готов командовать расстрелом.
- Ты даже не слушаешь!
- Что ты мне плачешься?
Сам в это залез, а теперь хочешь...
Довольно же! Мы всегда
друг друга понимали, так?
Ладно, выкладывай. Что
ты там спросить хотел?
Когда ты брал пленных,
ты их сам допрашивал?
- Само собой.
- И они своих предавали?
В смысле, все? Немедленно?
Хочешь знать? Нет, конечно! Даже
когда я им морду бил, говорили только то,
что мне и так было известно.
Может, и он ничего не сказал.
Если крепкие парни попадались,
так из них вообще ничего не вытащить.
Карту такому показываешь: Здесь
пулеметы? Здесь! А может, там? Там.
А это что, клумба в
саду? Точно так, клумба!
- Так как знать?
- Можно знать, можно.
Дай взглянуть на твоего сопляка.
- Уже капитан?
- А то!
А ты тут ко мне на ""ты"" обращаешься!
Видал, эти кретины мне и лычек добавляют,
и под расстрел отправить готовы...
Вроде заново сигару
зажигать не положено...
Эрлан...
Ты что, из Бретани?
Из Динана?
Так что, старина, притащился
ты к болгарским постам?
Представляю картину: оружие
бросил, руки вверх, ""моя капут""?
- И тебя в блиндаж, к офицеру, так?
- Да, господин капитан.
- Он тебя допрашивал?
- Да, а потом отправил в тыл.
Ничего не соображал твой офицер!
Сразу надо допрашивать, на месте!
Только так что-то и выяснишь.
Значит, отправили тебя в штаб в Гевгели?
Они смеются, а ты колешься, так?
А потом приходит майор. Как его?
- Хосаджев...
- Фурнаджев.
- Но не один. Нет.
- Нет.
- Был еще один. Несколько более...
- Злой, а?
Ну так я тебе расскажу, как это было.
Этот Фурнаджев говорит:
Вот план сектора.
Отвечайте, или я убью Вас!
Признайся, ты заговорил, дерьмо
ты этакое! Считаю до трех...
У тебя водки нет? А не
то он тут концы отдаст.
Ну что я говорил? Этот сопляк
ничего болгарам продать не способен!
Даже план Парижа.
А ну пей!
У него нет адвоката...
Ты бы не согласился?
Ну нет! Это уже слишком!
- Мамаша каждый день приходит.
- Так надо с ней поговорить.
Все-таки такая женщина...
И что я ей скажу? Что у ее
сына один шанс из тысячи?
Эх, не смог ты с Де Сэвом поладить.
Ты, конечно, скажешь,
я не в свое дело лезу...
И да, и нет. Почему мне везло? Потому что
я всегда четко знал, чего боятся мои ребята
и чего - те, что с той стороны.
Этот твой Эрлан - трус на все сто...
- И что дальше?
- Ну так плюнь ты на это!
Ну больной он. Пусть
лечится. Просто же.
Вот как? За то, что он сдался, я ему
должен дать обратный билет до мамочки?
Что-то ты себя слишком быстро извиняешь!
- Себя?
- А ты как думал?
Врачи отбраковали тех, кто с
плоскостопием, или там, туберкулезников?
Твое-то дело - трусов отбраковывать!
Настоящих! Ведь это ты их всех в деле видел.
Эрлан у тебя на глазах трусил,
значит, мог ты этого ждать?
Значит, ты в ответе!
Тем более у мальчишки
тоже голубая кровь.
Он, дескать, не только армию,
он свою касту предал.
- Как тебе?
- Так все пропало?
С какой стати пропало? Ты говорил, его
священник полковой защищать собрался?
Так прижмем и вразумим толстяка!
Там, в горах, на месте разберемся.
Работает еще компас, точно вышли.
Только ничего ты там не найдешь!
Тут крестьяне над уборкой потрудились.
Забавно, да?
Тут сидел Де Сэв,
отсюда шел сопляк Жанно.
Вот... Холм Сократа.
Вон туда он должен был тащить
пакет к прапорщику Деманжу.
- Да, я посмотрел рапорты за тот день.
- Я тоже. Ничего особенного не заметил.
Нет, секундочку! Часам к семи
вечера были залпы двух батарей.
Двух фрицевских
батарей 105- го калибра.
Зафиксировал сержант
Пердри, адъютант Деманжа.
Ну так.
К 19 часам Эрлан попадает
точно под