я служил
здесь военным атташе...
у вас ведькто-то
из родственников был послом?
Мой дед. Несколькими годами раньше.
Представьте себе, он от этого не пострадал.
Я не был готов стать солдатом
и не был готов стать пленным
по той же причине.
Но, как говорится, такова жизны.
В сорок пятом году в тюрьмах царили тиф,
холера, люди умирали от голода.
И вот, восемь солдат
стали готовиться к побегу.
Но японцы с самого начала дали поняты,
что за одного беглеца
будут расстреляны двое пленных.
Я сказал им, что они
не имеют права бежать.
Но они ответили,
что считают это своим долгом.
Я приказал им остаться.
Но они не подчинились мне.
И тогда, не знаю, прав я был или нет,
но мне ничего не оставалось,
как сообщить об этом японцам.
Их арестовали и в тот же день казнили.
Но я никогда не забуду одной вещи...
как они были молоды.
Еще совсем мальчики...
И я, наверное, тоже...
мы все были очень молоды.
Ричард, я не могу туда пойти.
Действительно не могу.
Значит, тогда у нас возникает проблема.
Я могу вам помочь здесь...
Простите, Хэл.
Но я думаю, Вы не справитесь.
И мне не нужен простой наблюдатель.
Я обещаю вам, что справлюсь.
Она же моя дочь.
Тогда поезжайте туда.
Я договорился,
что ей разрешат свидание завтра утром.
Так что, решать вам.Гони десятку.
Здравствуйте.
- Да Вы пьяны.
- Это не так.
Посмотрите на себя.
На кого Вы похожи.
Мармелад.
Обидно, я просто с ног сбился
в поисках его...
Я, правда, не пил.
Я только упал там на улице.
Наверное, старею.
В, говорите, что упали,
у вас дрожат руки,
Вы весы потный, как мышь,
Вы алкоголик?
По правде говоря,
я не пью уже несколько дней.
А нервы... нерВы у меня
сдали потому, что я очутился здесь.
Прекрасно. Бедняга.
Оказывается, это у вас
все летит к черту.
Но Вы вошли сюда и через полчаса
сможете спокойно уйти.
Не вставать!
Простите, я понимаю, что Вы чувствуете...
Нет, не понимаете.
Вам это трудно представить, что значит
сидеть в переполненной камере,
в которой даже трудно дышать.
Которая просто кишит тараканами.
Где тебя ни на минуту не оставляют в покое.
Где за тобой наблюдают,
даже когда ты идешь в туалет.
Поэтому, не говорите, что Вы все понимаете.
Вам это трудно поняты.
Где каждое утро нужно вставать
и убирать трупы из камеры.
Не думаю, что вам приходится это делать.
Кэт, я три года своей жизни провел в тюрьме.
И я знаю, что это такое.
Знаю это, как никто другой.
- где Вы сидели?
- В Сингапуре. Еще во время войны.
Таких, как я было тысячи. И мы все
в какой-то степени испытали на себе смерть.
Простите, я не знала.
Я поклялся, что больше ни за что в жизни
не переступлю порог тюрьмы.
Поэтому мне так трудно совладать с собой.
Мне кажется, я никогда отсюда не выйду.
Мне кажется, у меня не хватит
сил выдержать все это.
Нет хватит! Не смейте раскисать!
Мы сделаем для вас все возможное.
Но и Вы тоже должны быть сильной.
- Жаль, что мармелад разлился.
- Да. В следующий раз я буду аккуратней.
Мне нужно сто долларов.
Американских долларов.
Конечно.
Еще мне нужны витамины.
Здесь нельзя позволить себе болеть...
Что-нибудь еще?
Ингалятор и таблетки от головной боли
и как можно больше.
Хорошо.
Прошу прощения...
Куда Вы идете?
Туда, где можно спокойно подумать.
Я бы хотел поговорить с ней
в более спокойном месте.
- Кухня устроит?
- Да, вполне.
Карлайл изучает судопроизводство.
Он ищет похожие прецеденты, технические
детали, любую малейшую лазейку.
Он хочет доказать, что в тот момент Вы уже
находились не под юрисдикцией Таиланда.
Он попытается использовать все
легальные ходы, какие только возможно.
И таким образом разбиты наголо
их обвинение.
Похоже, Вы сами не очень то в это верите.
Честно говоря, так и есть.
Я думаю, это будет чертовски трудно
заставить кого-нибудь поверить
в ваш рассказ.
Я тоже так думаю.
И я не очень-то верю,
что суд начнет докапываться до правды.
Вы должны сами выложить
неопровержимые доказательства.
- Но какие?
- Мы должны его найти, Катрина.
Доказать, что